Чувствуют ли животные боль: Чувствуют ли животные боль как люди?

Чувствуют ли животные боль как люди?

Часто можно услышать мнение, что животные имеют больший болевой порог и не так чувствительны к боли, как люди. Однако это ложное убеждение! Любое животное может испытывать боль так же, как и человек. У наших питомцев есть те же механизмы восприятия боли, как и у нас, поэтому при заболеваниях, травмах или после операций они так же страдают от боли.

Наши питомцы не могут говорить, поэтому они не могут вслух пожаловаться на неприятные ощущения. Многие виды животных (например, кошки, грызуны и кролики) хорошо скрывают признаки дискомфорта и болезни, которые могли бы сделать их уязвимыми для врагов. Эта черта унаследована ими от диких предков, которые вынуждены были скрываться от хищников. В природе любое животное, проявляющее признаки болезни, привлекает внимание хищников и легко может стать их жертвой.

Что может вызвать боль у животных?

Она может возникать при любом повреждении тканей и органов:

  • механическом — переломы костей, порезы или хирургические разрезы при операциях, ушибы,
  • химическом — едкие и раздражающие вещества, а также биологические вещества самого организма при воспалении,
  • термическом — ожоги и обморожения.

При воспалениях (отиты, воспаление кожи, артриты, перитонит и др.) появляется боль разной степени тяжести — от умеренной до мучительной (это зависит от тяжести воспаления и его локализации). Увеличение размера внутренних органов (вздутие кишечника, переполнение мочевого пузыря, увеличение размеров печени или почек) также может вызывать сильную боль, т. к. в наружной оболочке органов (капсуле или серозной оболочке) расположено большое количество чувствительных нервных окончаний.

Какая бывает боль?

Боль может быть острой и хронической. Острая боль возникает сразу после повреждения и длится до полного завершения воспаления и заживления травмы (обычно до 3 месяцев). Хроническая боль длится дольше, чем нормальное заживление травмы, а также сопровождает болезни и повреждения, при которых полное выздоровление невозможно (например, артрозы, деформации позвоночника и др.).

Распознавание и оценка боли у животных

Часто сложно распознать незначительные признаки боли из-за индивидуальных особенностей каждого животного. Наши питомцы не могут говорить и неспособны пожаловаться на боль ветеринарному врачу, поэтому на владельце животного лежит большая ответственность по распознаванию необычного поведения, которое может быть связано с болью. Владелец проводит со своим любимцем большое количество времени, наблюдает его в обычной домашней среде, во время прогулок и кормления, поэтому хозяину животного значительно легче обнаружить что-то необычное привычках и поведении.

 

 

Важно, чтобы Вы хорошо знали обычное индивидуальное поведение и привычки своего животного, тогда Вам будет гораздо проще уловить их изменение. 

Признаками боли могут быть:

  • Снижение аппетита или отсутствие интереса к еде,
  • Нежелание общаться, животное может чаще прятаться в укромных местах (особенно это относится к кошкам),
  • Снижение активности и подвижности, питомец может отказываться подниматься по ступенькам или запрыгивать на возвышение,
  • Трудности при вставании после отдыха,
  • Ухудшение ухода за собой (кошка может меньше вылизываться, из-за чего шерсть становится спутанной и неопрятной),
  • Изменение «туалетных» привычек, кошка может перестать пользоваться лотком, собака может менять позу при мочеиспускании или дефекации,
  • Изменение позы во время сна (животное лежит только в одной позе или на одном боку, не сворачивается клубочком),
  • Изменение характера — нежелание общаться с людьми или животными, агрессивное поведение.

Любой из перечисленных признаков может быть вызван болью, поэтому если Вы заметили их у своего питомца, следует обратиться к ветеринарному врачу.

Борьба с болью у питомца

Во время проведения осмотра животного ветеринарный врач может оценить присутствие и степень боли, пользуясь специально разработанной для животных шкалой оценки боли. Так же в распоряжении врача есть научные данные о выраженности и длительности болевых ощущений при различных заболеваниях или после проведения операций. В целом, даже после простых операций животные могут страдать от боли в течение 3 дней! Обширные операции, например остеосинтез при переломе или удаление большой опухоли, могут потребовать назначения обезболивающих препаратов на несколько недель.

Чем же опасна боль и почему с ней нужно бороться?

  • Если животное испытывает боль, то стрессовая реакция на нее мешает нормальному восстановлению, в том числе замедляет нормальное заживление ран,
  • Боль ухудшает аппетит, что также замедляет выздоровление,
  • При боли в области грудной клетки ухудшается дыхание, что приводит к недостатку кислорода в тканях,
  • Из-за боли животное может постоянно вылизывать, чесать и кусать рану или воспаленный участок кожи, что мешает заживлению, увеличивает риск бактериальной инфекции и даже может приводить к значительному ухудшению проблемы из-за самотравмирования.

Для борьбы с болью (при заболевании или после операции) ветеринарный врач назначит Вашему питомцу подходящий для конкретной ситуации обезболивающий препарат или комбинацию из нескольких препаратов. Однако нужно помнить, что при сильной боли (например, при множественных травмах, после обширных операций, привоспалении поджелудочной железы или желчного пузыря) требуется введение сильнодействующих обезболивающих препаратов. 

Во многих случаях обезболивающие препараты необходимо вводить внутривенно с постоянной скоростью в течение нескольких часов или даже суток, естественно это невозможно сделать в домашних условиях. В этом случае ветеринарный врач порекомендует Вам поместить животное в стационар ветеринарной клиники. При стационарном лечении каждого пациента несколько раз в день осматривает специалист (анестезиолог или реабилитолог), оценивает общее состояние животного и степень выраженности боли и на основе этих данных выбирает протокол обезболивания.

В заключение хочется рассказать о немедикаментозных способах борьбы с болью, которые Вы можете самостоятельно использовать дома, это
  1. Снижение веса — это очень важно для улучшения состояния питомцев с заболеваниями костей и суставов.
  2. Обеспечение удобного и теплого мягкого места для сна и отдыха.
  3. Подбор удобного лотка — многим кошкам с заболеваниями суставов или травмами бывает сложно пользоваться туалетным лотком с высокими бортиками, поэтому лучше использовать низкие лотки или устроить наклонный пандус.

По согласованию с ветеринарным врачом после ортопедических операций или травм Вы можете к поврежденной области тела прикладывать холод (лед или хладоэлемент, завернутые в полотенце). Это поможет уменьшить боль и отек.
Также Вы можете обсудить с ветеринарным врачом возможность проводить плавание или несложный массаж для животного с ортопедическими заболеваниями. Часто эти процедуры можно проводить в домашних условиях.

Подытоживая сказанное:

Любое животное может испытывать боль так же, как и человек. Эту боль можно распознать и своевременно лечить, чтобы обеспечить животному выздоровление и комфортную жизнь. Для обеспечения обезболивания ветеринарный врач может назначить препараты для использования дома, однако в тяжелых случаях для эффективного контроля боли необходимо стационарное лечение.

Ветеринарный врач так же может посоветовать, какие меры Вы можете предпринять дома, чтобы помочь своему питомцу справится с болью.

Желаем здоровья Вам и Вашим любимцам!

Анестезиолог клиники раденис Григорьева Екатерина Юрьевна.

 

Чувствуют ли животные боль также, как люди? | Roman Milovanov

Может быть, да; а может быть, и нет. Но это не имеет значения, чувствуют ли они также или нет.

Единственное, что имеет значение, могут ли они чувствовать боль; любое живое существо, которое способно чувствовать боль, заинтересовано в том — предпочитает или желает — чтобы не испытывать боль. Не имеет значения, чувствует ли животное боль также, как человек, или даже также, как другие представители того же биологического вида.

Частью нашего общепринятого мнения является то, что животные, как и мы, чувствуют боль и мы все заинтересованы в том, чтобы ее не испытывать. Хотя есть люди, которые скажут что-то наподобие: «животные не чувствуют боли», или «у животных нет чувств», никто действительно так не думает. В конце концов, у нас уже сотни лет существуют законы, требующие «гуманного» обращения с животными. Эти законы могут быть очень неэффективными, но они написаны, потому что мы все признаем, что животные чувствуют боль, что они могут страдать и у них есть чувства. Ведь у нас нет законов, требующих «гуманного» обращения с деревьями и камнями.

Однако, есть люди, которые скажут, что, хотя животные чувствуют боль, они не чувствуют ее так, как люди. И что? Мы не знаем, все ли люди одинаково чувствуют боль. Вы можете не чувствовать боль также, как чувствует ее ваш друг, но вы оба заинтересованы не испытывать боль независимо о того, как каждый из вас ее переносит. Вот то, что важно: то, что вы можете испытать опыт, который вы получать не хотите. Не имеет значения, что другой человек испытывает боль иначе, чем вы. Важно то, что она также способна испытать опыт, который не хочет иметь. Вы и она похожи — как бы по-разному вы ни чувствовали боль — в том, что вы оба можете получить опыт, который никто из вас получать не хочет. У вас одинаковый интерес, даже если сам опыт различен.

Тоже самое является правдой и применительно к животным.

На самом деле, люди и все животные, которых мы обычно используем для еды, исключая, возможно, моллюсков, таких как клемы и устрицы, все наделены способностью к ощущениям. Это означает, что они обладают субъективным чувственным осознанием; у них есть способность к чувствованию или восприятию через ощущения. Люди и животные все похожи в этом отношении: все они способны испытывать боль; они все являются существами, заинтересованными в том, чтобы не испытывать боль. Этот интерес всегда один и тот же, даже если опыты этой боли сами по себе различны.

Нам следует добавить, что есть тенденция думать, что люди страдают больше, поскольку они более сложны в интеллектуальном плане. Может быть, да; может быть, нет. Вполне может быть так, что животные страдают больше из-за умственных различий с людьми. Визит к стоматологу, хотя и болезненный, может представлять из себя значительно меньшее страдание и стресс, чем визит собаки к ветеринару. Человек знает, что боль скоро закончится, и понимает причину, по которой ее причиняют; собака не понимает, и это может сделать страдания собаки более тяжкими.

Наконец, имейте в виду, что, когда мы протестуем против того, что сделал Майкл Вик, мы делаем это не потому, что считаем, что собаки чувствовали боль точно также, как люди. Мы знаем, что собаки чувствуют боль, и наше моральное негодование по поводу того, что сделал Майкл Вик, не зависит от нашего мнения, что собаки и люди чувствуют боль одинаково. Главное, что собаки могут чувствовать боль, а не то, как они чувствуют боль. Наши общепринятые взгляды говорят нам, что эту боль невозможно оправдать морально, если у нас нет веского основания ее причинить. Наше моральное обязательство не связано с похожестью опыта; оно связана только с похожестью интереса. И все чувствующие существа одинаково заинтересованы в нежелании испытывать боль и страдания, насколько бы разным не был этот опыт. Обязательство не причинять боль и страдание без веского основания ни в коем случае не связано с фактическим опытом конкретного существа; это моральное обязательство уважать интерес, который есть у всех чувствующих существ.

(с) Гэри Л. Фрэнсион и Анна Чарлтон

12 загадок и парадоксов боли

  • Яна Литвинова
  • Би-би-си, Лондон

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Все мы знаем, что боль является объективной реальностью, но при этом ее восприятие глубоко субъективно. Боль может быть и симптомом, и болезнью, и душевной и физической. Насколько мы близки к пониманию, что же это такое?

Острая, тупая, внезапная, хроническая, ноющая, пульсирующая, ослепляющая… Это — далеко не полный перечень эпитетов, которые мы, не задумываясь, применяем, говоря об ощущении, которое испытывали и продолжаем испытывать мы все: о боли.

Она не обращает внимания на цвет кожи, разрез глаз, или социальный статус. Ей все равно, на каком уровне эволюции находится то или другое существо. Боль испытывают люди, собаки, кошки, дельфины, киты, птицы, лягушки и даже, как считают ученые, дождевые черви.

При этом, если ученые говорят, что механизм боли им более-менее понятен, то о том, что же она такое: сигнальная система неполадок, обязательная часть бытия, без которой невозможно понимание физического и душевного благосостояния, чисто физиологический процесс или же результат сложных химических процессов в головном мозге, ни медики, ни даже священнослужители к единому согласию не пришли.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Нам известно, как работает сигнальная система через нейроны в головной мозг и обратно, но многие вопросы по-прежнему остаются без ответа

К тому же есть группа людей, которые в силу генетической аномалии боли не испытывают вообще.

На самом деле им не надо завидовать, потому что они с легкостью могут пропустить начало какого-нибудь заболевания, и умереть, хотя и безболезненно, но совершенно напрасно.

Все наши знания о боли построены на парадоксах.

1. Наш мозг фиксирует сигналы боли, но сам ее не чувствует

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Мозг фиксирует и обрабатывает болевые сигналы изо всех других частей организма, а сам боли не ощущает

Допустим, вы подвернули щиколотку, или обожгли палец. Нервные волокна немедленно посылают сигнал в ваш мозг, который расшифровывает испытываемое ощущение, как боль.

Недаром современная хирургия стала возможной только после открытия анестезии.

Однако, если в качестве объекта операции оказывается сам мозг, то ему обезболивающее ни к чему.

Нервные клетки головного мозга посылают сами себе такие же сигналы, как и при сломанной конечности, вот только центр обработки данных для них отсутствует.

Мозг, привыкший отвечать за весь организм, совершенно не понимает, когда больно должно быть ему самому.

В этом есть нечто жутковатое, но пациенты часто находятся в полном сознании во время операций на мозге, что позволяет хирургам понять, не слишком ли глубоко они залезли в главный процессор нашего тела.

2. Мы все чувствуем боль по-разному

Автор фото, DanielVilleneuve

Подпись к фото,

Боль субъективна: для кого-то агония, а для кого-то небольшое неудобство.

Тот факт, что, после, допустим, естественных родов одна женщина говорит, что было немного дискомфортно, но ничего страшного, а другая уже в самом начале схваток требует обезболивания, вовсе не означает, что одна из них стоик, а другая — слабая размазня.

На то, как мы ощущаем боль, влияет множество факторов: какие химические реакции совершаются в это время в вашем мозге, идет ли где-то в вашем теле воспалительный процесс, а также насколько вы «помните» болевые ощущения, которые вы испытали раньше.

Как сказал однажды глава нью-йоркского центра спинальной хирургии Кеннет Хансрадж: «Кому-то можно сверлить берцовую кость без наркоза, а он вам спокойно скажет, мол, приятель, вытащи-ка ты эту штуку! А другой не вынесет даже прикосновения к коже тоненькой иголки».

3. От боли можно отвлечься

Автор фото, Portra

Подпись к фото,

Боль можно обмануть: если начать трясти ушибленным пальцем, то становится легче

Наш мозг, конечно, является, самым сложным компьютером, когда-либо созданным природой, но при этом он немного туповат.

Дело в том, что ему сложно одновременно анализировать несколько ощущений.

Допустим, вас укусил комар и место укуса отчаянно чешется. Приложите к нему кубик льда, и неожиданно вы поймете, что холод вы-таки ощущаете, а вот зуд пропал.

Вот почему мы инстинктивно потираем ушибленное место или отчаянно трясем пальцем, который случайно прищемили дверью.

4. Рыжим приходится хуже

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Рыжим приходится нелегко: огненный цвет волос сопровождается и нестандартным отношением к обезболивающим

В это трудно поверить, но в 2009 году в журнале Американской зубоврачебной ассоциации появилась статья, согласно которой рыжие очень не любят посещать дантистов.

Дело в том, что та же генетическая комбинация, которая награждает их огненным цветом волос, делает их и менее восприимчивыми к некоторым обезболивающим.

И иногда им требуется доза, которая в два раза превысит то, чего хватило бы какому-нибудь брюнету.

Возможно также, что их организм реагирует на анестезию не совсем тривиальным способом. Некоторые врачи, кстати, делают поправки на цвет волос пациента.

5. Секс спасает от боли

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Занятия сексом могут уменьшить боль от мигрени… если у вас, конечно, хватит сил им заняться

Ну, объективно говоря, если у вас случился приступ мигрени, то секс в такой ситуации представляется делом несколько сомнительным.

Тем не менее, есть некоторые статистические данные, согласно которым 60% страдальцев от мигрени чувствовали себя гораздо лучше, если во время приступа занимались этим самым.

Сексуальное возбуждение вырабатывает в головном мозгу эндорфины, которые являются естественным обезболивающим.

Кстати, с больными мигренью все не так просто. Есть подозрение, что та же самая генная вариация, которая награждает страдальцев мигренью, одновременно существенно увеличивает и их либидо.

6. Разделились беспощадно мы на женщин и мужчин

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Все мы все чувствуем одинаково, только мужчины считают, что надо терпеть

Вообще-то нет никаких научных доказательств того, что мужчины и женщины по-разному чувствуют боль.

Хотя врачи отмечают, что в целом женщины чаще готовы признать, что им больно.

Возможно, это связано с социальным стереотипом, который требует от «настоящих» мужчин терпеть, стиснув зубы.

7. Те, кто не чувствует боли

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Тем, кто не чувствует боли, не так уж и хорошо: простое прикосновение к горячей плите может обернуться ожогом третьей степени

Это — очень редкая генетическая аномалия. Настолько редкая, что за всю историю медицины она встречалась всего несколько десятков раз.

Те, кому крупно не повезло с нею родиться, могут, например, почувствовать, является ли какой-нибудь предмет горячим или холодным, но боли не ощущают.

А это, кстати, совсем плохо. Например, случайное прикосновение к горячей плите может завершиться ожогом третьей степени, вместо небольшого волдыря, который бы возник, если бы они быстро сообразили, что к чему и отдернули руку.

По имеющейся статистике (которая, по вполне очевидным причинам, крайне невелика), средняя продолжительность жизни таких нечувствительных существенно ниже среднего показателя.

8. Самая распространенная боль

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Самая распространенная боль в развитых странах — боль в нижней части спины

Это — боль в спине. Примерно 27% людей в развитых странах утверждают, что страдают от боли в нижней части спины.

Тогда как от постоянных головных болей, либо мигреней — всего 15%. Эксперты советуют не брезговать физическими упражнениями и не набирать излишнего веса.

Однако это — следствие наших эволюционных успехов. Двуногость вовсе не способствует здоровью позвоночника. Четвероногим, у которых вес распределяется гораздо более равномерно, боль в спине не грозит.

9. Что болело у королей и динозавров

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

И короли, и динозавры страдали от подагры. Здесь, правда, дракон, но, наверное он тираннозавру близкий родственник

Подагру, она же артрит, раньше называли болезнью королей, поскольку, она, якобы была следствием излишнего потребления жирной пищи и спиртного.

Понятно, что в далеком Средневековье это могли себе позволить только очень состоятельные люди. Теперь мы знаем, что боль при подагре возникает от образования внутри суставов острых кристаллов мочевой кислоты.

Исследование скелета верхней конечности самки тираннозавра (которую палеонтологи назвали Сью) показало, что этот конкретный хищник Юрского периода тоже страдал от подагры, причем в очень запущенной форме. Вероятно, что все последние годы своей жизни Сью страдала от хронической боли.

10. Природа боли вовсе не однозначна

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Иногда боль из симптома превращается в болезнь. Болит везде, а почему — непонятно

Боль является симптомом, который, однако, дает лишь общее представление о том, что что-то не в порядке, но не дает никакой конкретики.

А у больных, страдающих от центрального болевого синдрома, сама боль становится болезнью, а не ее симптомом.

Такие пациенты жалуются на боль во всем теле, причем ощущения варьируются от «иголок» до «сильного давления». В этом случае мозг является не просто регистратором и процессором болевых ощущений, но и их главным генератором.

11. Не надо недооценивать свой мозг

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Не надо недооценивать свой мозг: он прекрасно знает на какие кнопки и в каких обстоятельствах следует нажимать

Мозг устроен так, что постоянно оценивает поступающие в него сигналы, решая, насколько серьезной является опасность и следует ли предпринимать немедленные меры.

Получив тревожный сигнал, мозг немедленно пытается ответить на главный вопрос: «А насколько это все действительно опасно?»

В оценке ситуации наш центральный процессор пользуется всей имеющейся у него в наличии информацией: от субъективной, исходящей из нашего прошлого опыта, до объективной, получаемой от всего комплекса физических и химических параметров организма.

А получив сигнал, он отправляет «указания» нервным окончаниям о том, как им себя вести. Канадский врач Пол Ингрэм описал происходящий процесс в следующем воображаемом диалоге:

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Мозг командует нейронами как хочет, и тем приходится подчиняться

Нервы: Проблема! Проблема! Огромная! Большая! Красный сигнал тревоги! Включить немедленно!

Мозг: Ммммм, да? Ну ладно, принял к сведению. Но вот что, ребята, у меня тут есть база данных, пардон, она строго секретная, так что уж поверьте мне на слово: не так все это страшно. Расслабьтесь.

Нервы: Нет, нет, послушай, это все очень серьезно!

Мозг: Не-а, не верю.

Нервы: Послушай, может у нас, конечно, и нет доступа к этой «информации», о которой ты постоянно талдычишь, но что такое повреждение тканей нам прекрасно известно! И мы тут не в игрушки играем. Мы не заткнемся, пока ты не примешь меры!

Мозг (голосом гипнотизера): Вы уже не помните, в чем дело. Совершенно незачем посылать мне сигналы. Все абсолютно в порядке, дышите глубже…

Нервы: А, да… О чем это мы? Черт, вроде бы только что хотели о чем-то важном доложить… Ну, ладно, мы потом вернемся.

12. Самый главный начальник

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Мозг сам решает, как регулировать кнопку боли в нашем организме, и почему иногда он останавливается на шести, а иногда — на десяти, мы до сих пор до конца не знаем

Мозг действительно может вертеть периферийными нервными окончаниями, как ему заблагорассудится.

Если ему что-то не понравится, он может затребовать больше информации. А может и приказать своим подчиненным не суетиться.

В последние годы появилось немало информации, согласно которой нервы на периферии могут реально меняться как физически, так и химически, возможно, следуя команде, поступающей из мозга.

Как отметил тот же Пол Ингрем: «Мозг не только может крутить кнопку, регулирующую звук, но запросто менять все оборудование, изменяя сам сигнал задолго до того, как он поступает в динамики».

Вывод

Окончательная природа боли, несмотря на то, что она является неотъемлемой частью существования всех живых существ, нам по-прежнему не известна.

Болевой порок | Журнал Esquire.ru

Великий философ Джереми Бентам, основатель утилитаризма, как-то сказал: «Вопрос не в том, могут ли они мыслить, или могут ли они говорить, вопрос в том, могут ли они страдать». Многие люди понимают эту мысль, но все же относятся к человеческой боли как к чему-то особенно тревожному, поскольку почти на подсознательном уровне считают очевидным следующее утверждение: способность нашего вида к страданию напрямую зависит от наших интеллектуальных способностей. Растения не мыслят, и нужно быть большим чудаком, чтобы верить, что они могут испытывать страдания.

С большой долей вероятности то же можно сказать о червях. Но как быть с собаками? Я почти не способен поверить в то, что Рене Декарт, которого вряд ли можно причислить к главным извергам рода человеческого, довел свою философскую идею о наличии у человека разума до такой самоуверенной крайности, что мог бы беспечно распластать живого зверя на столе и запросто его анатомировать. Но Декарт, как и Гален с Везалием до него и многие другие — после, принадлежал к огромной традиции вивисекции. Как же у них рука поднималась, например, привязать бьющегося, кричащего зверя веревками, а потом вырезать его бьющееся сердце? Предположительно, они верили в то, что сформулировал Декарт: животные лишены души и не испытывают боль.

Сегодня большинство из нас верит в то, что собаки и другие млекопитающие способны испытывать боль. Ни один уважаемый и уважающий себя ученый не последует в наши дни примеру Декарта и не станет анатомировать живое млекопитающее без анестезии. По законам многих западных стран за это положено наказание (впрочем, беспозвоночные защищены гораздо хуже, даже обладающие сравнительно большим мозгом осьминоги). Однако большинство из нас, кажется, совершенно уверены в том, что способность испытывать боль находится в прямой зависимости от интеллектуальной ловкости — способности к логическим рассуждениям, мышлению, рефлексии и тому подобного. Позволю себе усомниться в этом утверждении. Я не вижу никаких оснований полагать, что здесь должна существовать прямая зависимость (чем более интеллектуально развито животное, тем сильнее оно чувствует боль). Боль кажется чем-то первобытным, изначальным, как способность различать цвета и слышать звуки. Она кажется чувством, для испытания которого не нужен интеллект. Кажимости не имеют силы в науке, но должны же мы в конце концов дать животным шанс?

Я могу предложить совершенно дарвинистское объяснение того, почему здесь должна существовать не прямая, а вовсе даже обратная зависимость: чем менее интеллектуально развито животное, тем сильнее оно чувствует боль. Начнем с вопроса, для чего — в дарвиновском смысле — боль нужна? Она служит предупреждением против повторения неких действий, причиняющих нам физический вред. Не суй пальцы в дверь, не дразни змею, не садись на шершня, не бери угли голыми руками, как бы красиво они ни выглядели, осторожно, не прикуси язык. У растений нет нервной системы, способной научиться тому, что повторять саморазрушительные действия не нужно, а потому резать живой, свежий кресс-салат можно без особых зазрения совести.

Гарантирует ли швейцарская конституция права растений?

Выдержки из доклада Швейцарского федерального этического комитета по нечеловеческим биотехнологиям (ECNH)

Со дня основания Комитета Федеральным советом в апреле 1998 года от нас ожидали предложений по конкретизации конституционного термина в перспективе, затрагивающей растения (…)

Члены Комитета единодушны в мнении, что существуют моральные причины, по которым мы должны ограничить себя в использовании растений, поскольку таковое использование влияет на других игроков в мире природы и даже разрушает их, а также изменяет характер их взаимоотношений (…)

Кроме того, большинство (с незначительным перевесом) членов Комитета полагают, что понятие «ограниченного использования» может включать в себя и практику полного запрета — например, полного запрета на хозяйственное использование растений, которое нарушает их способность к репродукции и приспособляемость. Меньшинство не согласны с этой позицией (…)

Члены Комитета единогласно полагают, что нанесение ущерба растениям по произволу следует признать морально неприемлемым. Примерами такого обращения служит, например, обезглавливание дикорастущих цветов на обочинах дорог, совершаемое без какого бы то ни было рационального мотива (…)

Наконец, большинство членов Комитета не исключают возможности того, что растения способны чувствовать, а это является морально значимым (…) Ничтожное меньшинство Комитета находят вопрос о чувствах растений принципиально неразрешимым.

Однако особый интерес представляет вопрос, почему же боль такая чертовски больная? Почему бы не оснастить мозг чем-нибудь наподобие маленьких красных флажков, которые безболезненно поднимались бы, предупреждая: не делай так больше! В своей книге «Величайшее шоу на Земле: свидетельства эволюции» я выдвигаю гипотезу, по которой мозг разрывается между противоборствующими стимулами и постоянно сталкивается с искушением бунтовать — зачастую по причинам гедонистического свойства — против того, чтобы следовать интересам генетического благополучия организма, в каковом случае его требуется жестко ставить на место. Нельзя ли предположить, что такой сообразительный вид, как наш с вами, испытывает меньшую потребность в сильной боли — как раз потому, что мы способны умом понять, что для нас хорошо и каких опасностей следует избегать? Нельзя ли предположить, что неразумному виду как раз нужен очень мощный болевой удар, чтобы извлечь для себя урок, который мы с вами можем выучить куда меньшими жертвами?

Подводя итог, можно сказать, что у нас как минимум нет никаких оснований полагать, что другие животные испытывают боль менее острую, чем мы сами. И потому было бы неплохо примерить на себя такие процедуры, как клеймение скота, кастрация без анестезии или коррида, и считать их моральными эквивалентами аналогичных действий по отношению к человеку.

By Richard Dawkins from richarddawkins.net and boingboing.net

Ученые выяснили, почему бессмертные грызуны не чувствуют боли

https://ria.ru/20190531/1555141398.html

Ученые выяснили, почему бессмертные грызуны не чувствуют боли

Ученые выяснили, почему бессмертные грызуны не чувствуют боли

Знаменитые голые землекопы и их близкие родичи перестали ощущать боль из-за того, что это чувство мешало их предкам есть горькие корни растений и жить рядом с… РИА Новости, 31.05.2019

2019-05-31T12:01

2019-05-31T12:01

2019-05-31T12:01

генетика

биология

открытия — риа наука

германия

африка

животные

наука

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdn25.img.ria.ru/images/155513/98/1555139805_0:776:2261:2048_1920x0_80_0_0_78cd896a6b615651e0ab9fd8bea1fe90.jpg

МОСКВА, 31 мая — РИА Новости. Знаменитые голые землекопы и их близкие родичи перестали ощущать боль из-за того, что это чувство мешало их предкам есть горькие корни растений и жить рядом с колониями муравьев, чьи укусы крайне болезненны для всех остальных животных. К такому выводу пришли генетики, опубликовавшие статью в журнале Science.Голый землекоп (Heterocephalus glaber) — уникальное млекопитающее, обладающее множеством удивительных свойств. Это безволосый подземный грызун размером с мышь и весом 30-50 граммов обитает в восточной Африке.В 1970-е годы ученые обнаружили, что эти существа живут необычайно долго для своего размера, в десятки раз выше нормы, и почти не подвержены раковым заболеваниям. За все время наблюдений, ученые зафиксировали всего четыре случая развития опухолей. Кроме того, землекопы практически не чувствуют боли, не реагируют на раздражение кожи при соприкосновении с едкими кислотами и могут жить свыше 20 минут без кислорода.Открыв их необычную нечувствительность к боли почти десять лет назад, Льюин и его коллеги заинтересовались тем, как голые землекопы могли приобрести эту черту и обладают ли ей другие африканские грызуны из семейства землекоповых (Bathyergidae).Для решения этой задачи немецкие молекулярные биологи совершили несколько экспедиций в южные регионы Африки, где существуют колонии Heterocephalus glaber и других землекопов, собрали образцы их тканей и на месте проверили, чувствуют ли эти животные боль при введении различных раздражителей в одну из их лап.В их число входили, помимо капсаицина, жгучего вещества перца, другие едкие соединения, в том числе соляная кислота и аллил-изотиоцианат, главный компонент еще одной острой приправы, васаби. Все эти соединения вырабатываются различными растениями и животными для самообороны или добычи пищи.Эти наблюдения показали, что голые землекопы не были единственными обладателями подобной «суперспособности» – боль в разной степени не чувствовали еще четыре землекопа. В их число вошел один из подвидов готтентотских пескороев (Cryptomys hottentotus natalensis), неуязвимый к действию перца, но ощущавший соляную кислоту и васаби, а также капские землекопы (Georychus capensis) и восточноафриканские кротовые крысы(Tachyoryctes splendens), игнорировавшие кислоту и капсаицин.Еще один из подвидов пескороев, обитающих в окрестностях Претории, столицы ЮАР, обладал уникальной особенностью – на него, в отличие от всех остальных грызунов, в том числе и голых землекопов, не действовал экстракт васаби в любых мыслимых количествах. Все эти животные, как отмечает Льюин, приходятся друг другу лишь далекими родичами, чьи предки разделились десятки миллионов лет назад. Сравнив их геномы и содержимое нервных клеток, ощущающих боль, ученые попытались выяснить, как и когда они приобрели эти «суперспособности» и что могло послужить причиной их появления.Как показал этот анализ, развитие нечувствительности к боли у всех этих животных было связано с появлением мутаций в трех генах — TRPA1, SCN9A и NALCN. Все они кодируют особые каналы на поверхности нервных клеток, распознающие различные молекулы и перекачивающие ионы натрия, кальция и других элементов в нейроны в ответ на их появление или исчезновение.Первые два участка ДНК достаточно давно связываются с чувством боли и принципы их работы были хорошо изучены в прошлом. Последний ген, судя по наличию в нем мутаций у пескороев из окрестностей Претории, был связан с распознаванием васаби, но как именно, ученые не знали.Когда они заблокировали работу NALCN, их ожидал сюрприз — Cryptomys hottentotus pretoriae внезапно начали чувствовать боль, причем этот эффект проходил через несколько дней после введения вещества, мешавшего этим каналам прокачивать ионы натрия. Обратный эффект – активизация работы NALCN – как предполагают ученые, можно будет использовать для подавления боли у пациентов.Как все эти землекопы приобрели подобные способности? Анализируя их отличия от других грызунов, ученые обратили внимание, что пескорои из окрестностей столицы ЮАР практически всегда живут рядом с колониями муравьев вида Myrmicaria natalensis.Эти насекомые, по словам Льюина, отличаются крайне агрессивным характером и очень болезненными укусами. Их яд, в свою очередь, содержит в себе большие количества аллил-изотиоцианата. Почти столь же большие количества этого вещества присутствуют в корнях амарантов, которыми питаются эти землекопы.Это, как считает генетик, говорит о том, что все эти виды землекопов потеряли чувствительность к определенным кислотам и раздражителям по той причине, что эти вещества или содержались в их пище, или в «окружающей среде» в виде муравейников, соседство с которыми помогает пескороям избегать контактов с хищниками и конкурентами.

https://ria.ru/20190103/1548683478.html

https://ria.ru/20181024/1531388770.html

https://ria.ru/20170420/1492711489.html

германия

африка

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2019

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn24.img.ria.ru/images/155513/98/1555139805_0:239:2261:1935_1920x0_80_0_0_439d462b6b28992d7bc4ce67b744cff9.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

генетика, биология, открытия — риа наука, германия, африка, животные

МОСКВА, 31 мая — РИА Новости. Знаменитые голые землекопы и их близкие родичи перестали ощущать боль из-за того, что это чувство мешало их предкам есть горькие корни растений и жить рядом с колониями муравьев, чьи укусы крайне болезненны для всех остальных животных. К такому выводу пришли генетики, опубликовавшие статью в журнале Science.

«Мутация в гене NALCN позволила этим грызунам жить в такой среде, которую избегают все другие животные, в том числе и прочие землекопы. Эти существа помогут нам создать крайне эффективные анальгетики, так как они показали, что повышенная активность этого ионного канала очень надежно блокирует боль», — рассказывает Гэри Льюин (Gary Lewin) из Центра молекулярной медицины Макса Дельбрюка в Берлине (Германия)

Голый землекоп (Heterocephalus glaber) — уникальное млекопитающее, обладающее множеством удивительных свойств. Это безволосый подземный грызун размером с мышь и весом 30-50 граммов обитает в восточной Африке.

В 1970-е годы ученые обнаружили, что эти существа живут необычайно долго для своего размера, в десятки раз выше нормы, и почти не подвержены раковым заболеваниям. За все время наблюдений, ученые зафиксировали всего четыре случая развития опухолей. Кроме того, землекопы практически не чувствуют боли, не реагируют на раздражение кожи при соприкосновении с едкими кислотами и могут жить свыше 20 минут без кислорода.

3 января 2019, 08:12НаукаПолтора землекопа: генетики в поисках секретов «вечной юности»

Открыв их необычную нечувствительность к боли почти десять лет назад, Льюин и его коллеги заинтересовались тем, как голые землекопы могли приобрести эту черту и обладают ли ей другие африканские грызуны из семейства землекоповых (Bathyergidae).

Для решения этой задачи немецкие молекулярные биологи совершили несколько экспедиций в южные регионы Африки, где существуют колонии Heterocephalus glaber и других землекопов, собрали образцы их тканей и на месте проверили, чувствуют ли эти животные боль при введении различных раздражителей в одну из их лап.

В их число входили, помимо капсаицина, жгучего вещества перца, другие едкие соединения, в том числе соляная кислота и аллил-изотиоцианат, главный компонент еще одной острой приправы, васаби. Все эти соединения вырабатываются различными растениями и животными для самообороны или добычи пищи.

Эти наблюдения показали, что голые землекопы не были единственными обладателями подобной «суперспособности» – боль в разной степени не чувствовали еще четыре землекопа. В их число вошел один из подвидов готтентотских пескороев (Cryptomys hottentotus natalensis), неуязвимый к действию перца, но ощущавший соляную кислоту и васаби, а также капские землекопы (Georychus capensis) и восточноафриканские кротовые крысы(Tachyoryctes splendens), игнорировавшие кислоту и капсаицин.

Еще один из подвидов пескороев, обитающих в окрестностях Претории, столицы ЮАР, обладал уникальной особенностью – на него, в отличие от всех остальных грызунов, в том числе и голых землекопов, не действовал экстракт васаби в любых мыслимых количествах.

Все эти животные, как отмечает Льюин, приходятся друг другу лишь далекими родичами, чьи предки разделились десятки миллионов лет назад. Сравнив их геномы и содержимое нервных клеток, ощущающих боль, ученые попытались выяснить, как и когда они приобрели эти «суперспособности» и что могло послужить причиной их появления.

24 октября 2018, 16:36НаукаУченые из РФ продлили жизнь мышам при помощи гена «бессмертного» грызуна

Как показал этот анализ, развитие нечувствительности к боли у всех этих животных было связано с появлением мутаций в трех генах — TRPA1, SCN9A и NALCN. Все они кодируют особые каналы на поверхности нервных клеток, распознающие различные молекулы и перекачивающие ионы натрия, кальция и других элементов в нейроны в ответ на их появление или исчезновение.

Первые два участка ДНК достаточно давно связываются с чувством боли и принципы их работы были хорошо изучены в прошлом. Последний ген, судя по наличию в нем мутаций у пескороев из окрестностей Претории, был связан с распознаванием васаби, но как именно, ученые не знали.

Когда они заблокировали работу NALCN, их ожидал сюрприз — Cryptomys hottentotus pretoriae внезапно начали чувствовать боль, причем этот эффект проходил через несколько дней после введения вещества, мешавшего этим каналам прокачивать ионы натрия. Обратный эффект – активизация работы NALCN – как предполагают ученые, можно будет использовать для подавления боли у пациентов.

Как все эти землекопы приобрели подобные способности? Анализируя их отличия от других грызунов, ученые обратили внимание, что пескорои из окрестностей столицы ЮАР практически всегда живут рядом с колониями муравьев вида Myrmicaria natalensis.

Эти насекомые, по словам Льюина, отличаются крайне агрессивным характером и очень болезненными укусами. Их яд, в свою очередь, содержит в себе большие количества аллил-изотиоцианата. Почти столь же большие количества этого вещества присутствуют в корнях амарантов, которыми питаются эти землекопы.

Это, как считает генетик, говорит о том, что все эти виды землекопов потеряли чувствительность к определенным кислотам и раздражителям по той причине, что эти вещества или содержались в их пище, или в «окружающей среде» в виде муравейников, соседство с которыми помогает пескороям избегать контактов с хищниками и конкурентами.

20 апреля 2017, 21:30НаукаГолые землекопы могут жить 20 минут без кислорода, превращаясь в «растения»

Специализированное научно-практическое издания для ветеринарных врачей и студентов ветеринарных ВУЗов.

Toggler

Выпуски журнала по годам

Контакты журнала

vetpeterburg

Подпишись на новости

Вы можете подписаться на нашу новостную рассылку.
Для этого нужно заполнить форму, указав ваш почтовый e-mail.
Рассылка осуществляется не более 5-6 раз в год.
Администрация сайта никогда ни при каких обстоятельствах не разглашает и не передает другим лицам данные о пользователях сайта.


Покупка бумажной версии Чтобы приобрести бумажную версию журнала необходимо оформить заказ и оплатить его онлайн.
Доставка выполняется Почтой России.
Стоимость экземпляра журнала указанна с учетом доставки. 
По вопросам рассылки в другие странны обращайтесь к заместителю главного редактора: [email protected]
Предзаказ Доставка для клиник

Для ветеринарных клиник г. Санкт-Петербурга и Лен. области.
Доставка производится курьером на адрес клиники в количестве одного экземпляра.
Для оформления доставки необходимо заполнить форму. Подписка на доставку оформляется один раз и действует до тех пор, пока представитель вашей организации не подаст заявку на отмену доставки.


Оформить доставку

Птицы чувствуют боль

В издательстве «КоЛибри» выходит книга орнитолога Тима Беркхеда «Удивительный мир птиц: Легко ли быть птицей?». Мы публикуем фрагмент, посвященный тому, как у птиц устроены чувства и эмоции.

Группы белокрылых галок, состоящие из 4–20 особей, часто держатся вместе годами. В группы входят размножающаяся пара, потомство, появившееся в предыдущие периоды размножения, и несколько особей, не являющихся близкими родственниками пары. Все члены группы помогают сооружать диковинное земляное гнездо — в отличие от гнезд европейских птиц, оно представляет собой крепкую чашу, укрепленную на узкой горизонтальной ветке примерно в 10 м над землей; все птицы группы по очереди высиживают и кормят птенцов. Кооперативное гнездование редко встречается у птиц Европы и Северной Америки, но довольно распространено у австралийских птиц, и белокрылая галка — яркий пример, поскольку ее размножение неизменно кооперативное. Птицы этого вида просто не могут размножаться, будучи традиционной парой. Объяснение — среда обитания белокрылой галки. Выкапывать червей или личинок из сухой почвы — тяжкий труд. Молодых белокрылых галок родители кормят до восьмимесячного возраста — в восемь раз дольше, чем птенцов почти любой другой птицы. Даже после того, как взрослые перестают кормить их, молодым птицам требуется еще несколько лет, чтобы отточить навыки поиска пищи. По сути дела, в этих поисках они служат подручными на территории своих родителей, а взамен выполняют «обязанности по хозяйству»: защищают территорию, высматривают хищников, помогают с гнездом. Добывать еду настолько трудно, что размножающейся паре требуется как минимум два помощника, чтобы успешно вырастить потомство. Когда исследователи снабжали белокрылых галок пищей, успешность размножения резко возрастала — подтверждение тому, что трудности с поиском достаточного количества пищи действительно ограничивают деятельность птиц.

Группа белокрылых галок существует, поскольку определенные виды поведения связывают особей в этой группе прочными узами. Эти птицы всё делают сообща: играют, устраиваются на ночлег, купаются в пыли, а в периоды отдыха усаживаются в ряд на горизонтальной ветке и занимаются взаимной чисткой оперения. Но какое отношение все это имеет к эмоциям? Способность быть частью хорошо сплоченной группы зависит от социальных взаимодействий — как с другими членами группы, так и с представителями других групп. Роб Хайнсон, изучающий белокрылых галок двадцать лет, говорил: «Хроническая потребность белокрылых галок в помощи приводит к занятной политике, особенно когда портится погода».

Когда начинается засуха, несколько событий в жизни белокрылых галок происходят одновременно. От нехватки пищи у них повышается уровень стресса; птицы вынуждены тратить больше времени на поиски еды и меньше — на высматривание хищников. Если пищи очень мало, птицы, израсходовав весь запас жира в организме, начинают использовать запасы белка из грудных мышц. От этого снижается их способность летать, так что в случае нападения хищника, например клинохвостого орла, у белокрылых галок меньше шансов спастись от него. Стресс усиливается, поскольку птицы ссорятся из-за еды. Если обычно члены группы делятся пищей, то в условиях голода особи становятся крайне эгоистичными и стараются урвать себе побольше. Более крупные или доминантные птицы просто оттесняют мелких и отнимают у них еду; сопротивление бесполезно, так как стресс, вызванный проигрышем в драке, наносит еще больше ущерба.

Из-за трудностей с поиском достаточного количества пищи в условиях засухи группа в конце концов распадается. Социальные узы, которые некогда удерживали особи вместе, ослабевают и пропадают — предположительно, тонут в море гормонов стресса, — группа распадается на маленькие группки, прочесывая иссушенную землю в надежде отыскать еду. Хотя подобная тактика повышает вероятность нахождения чего-нибудь съедобного, из-за нее отдельные особи становятся более уязвимыми для нападения — и других жаворонков, и хищников.

Как и многие другие птицы, белокрылые галки, вероятно, обладают врожденной реакцией на вид летящего хищника, такого как орел или сокол: они издают сигнал тревоги и предпринимают маневр уклонения. Этологи в 1930–1940-х годах, изучавшие это поведение у молодых кур и гусей, выяснили, каким должен быть силуэт летящей птицы, чтобы спровоцировать такую реакцию: длинный хвост , короткая шея и длинные крылья. Позднее, в 2002 году, ученые продемонстрировали, что вид хищника, летящего над головой (точнее, его модели), приводит к повышению уровня стрессового гормона кортикостерона в крови, и предположили, что при этом птицы испытывают чувство страха.

Важность использования гормонального показателя стресса вместо простой оценки поведения в тех случаях, когда делается вывод об испытываемых птицами эмоциях, продемонстрировал продуманный эксперимент. Пойманным в дикой природе и содержащимся в неволе большим синицам несколько раз давали возможность увидеть мохноногого сыча (опасного хищника, врага больших синиц и других мелких птиц) и вьюрка (небольшую птичку, не представляющую опасности для синицы). Поведенческая реакция большой синицы на сыча и на вьюрка была одинаковой, но только сыч вызвал повышение уровня стрессового гормона кортикостерона — явное свидетельство тому, что сыч больше напугал синиц.

Уровень кортикостерона в ответ на стресс повышается стремительно, а снижается медленно. Ученые, исследующие стрессовую реакцию у птиц, применили простую и безвредную проверку, которая заключалась в том, что птицу держали в руке. При попадании в руку сердечный ритм, частота дыхания и уровень кортикостерона у птицы возрастали; предполагалось, что птица реагирует на это происшествие так же, как если бы ее схватил хищник. Другими словами, изменения всех трех физиологических параметров указывали, что птица напугана. Если частота сердечных сокращений и дыхания увеличивалась за несколько секунд, то для появления кортикостерона в крови требовалось примерно три минуты. Аналогично, после того как птицу отпускали, сердечный ритм и дыхание возвращались к норме за несколько минут, но в зависимости от степени стресса могло понадобиться несколько часов, чтобы уровень кортикостерона в крови снова стал нормальным.

Повышение уровня кортикостерона — обычная реакция на любой стресс. У змей (здесь я привожу в пример рептилий потому, что аналогичной информацией для птиц мы не располагаем) самец, проигравший в драке за самку другому самцу, испытывает прилив кортикостерона, в итоге на протяжении нескольких часов гораздо меньше заинтересован в сексе, чем победитель.

Птицы испытывают схожие физиологические изменения в ответ на проигрыш в ходе агрессивного взаимодействия — это предположение было сделано на основании изучения больших синиц, содержащихся в неволе. В ходе эксперимента у птиц, к которым в клетку на несколько минут подсаживали особенно агрессивного самца, повышалась температура тела и наблюдалось снижение активности продолжительностью 24 часа. Подобные результаты были получены на лабораторных крысах. Такие опыты неизбежно оказываются ненатуральными, поскольку, какими бы эффектными ни были их результаты, у подопытных птиц нет возможности «улизнуть», как они сделали бы в дикой природе. Значит, хоть подобные исследования и дают нам понять, что птицы и другие животные испытывают «страх», есть вероятность, что в природных условиях эффект гораздо менее выражен, а животные оправляются от него заметно быстрее, чем в неволе.

Изучая диких зебровых амадин в Австралии, я помногу часов тихо сидел в укрытии и наблюдал за птицами в бинокль или подзорную трубу. За это время я повидал множество представителей фауны, в том числе одно впечатляющее нападение хищника. Розово-серые попугаи гала во множестве водились в тех местах и часто с криком пролетали перед укрытием, где сидел я. Однажды бурый сокол спикировал с неба и погнался за гала. Стая попугаев попыталась уклониться, но сокол быстро отбил от стаи одного попугая и схватил его на лету, рассыпав горсть розовых перьев. Схваченный гала ужасно и пронзительно кричал, и даже после того, как обе птицы скрылись среди деревьев, я все еще слышал жалобные крики попугая, не вызывающие у меня никакого сомнения в том, что он напуган и ему больно. Однако мои представления об этом случае позднее изменил другой, также произошедший у меня на глазах.

ТупикФото: «Горький»

Тупик вышел из норы как раз в тот момент, когда самка сапсана спланировала с вершины утеса. Сапсан просто обрушился на тупика и вцепился в него желтыми лапами. Мне самому доводилось ловить тупиков, так что я знаю, насколько они агрессивны, у них мощный клюв и острые когти, и какое-то время уже думал, что тупик спасется. Но нет: вместо этого тупик затих неподвижно, глядя вверх, на сапсана, а тот, избегая его взгляда, старательно смотрел вдаль, на море. Полагаю, сапсан ждал, когда тупик умрет, сжатый его острыми когтями. Этого не произошло. Тупики — крепкие птицы, они сложены так, чтобы нырять за добычей и выдерживать огромное давление, способны переносить ярость волн в открытом море и шквальный ветер. Ситуация никак не сдвигалась с мертвой точки. Прошло пять минут, а явного разрешения все не наблюдалось. Сапсан продолжал смотреть вдаль, на море. Тупик слегка пошевелился, его глаза по-прежнему были ясными, он все еще выглядел полным жизни. Смотреть на птиц в подзорную трубу было все равно что на дорожно-транспортное происшествие, одновременно отталкивающее и притягательное. Наконец по прошествии пятнадцати минут сапсан принялся выщипывать перья на грудке тупика, а еще через пять минут начал терзать его грудную мышцу. Лишь после того, как сапсан насытился, и через целых полчаса после того, как тупик был схвачен, он наконец испустил дух. Ощущал ли он боль? Не знаю, но пока длилось это ужасное действо, тупик ни на минуту не выказал никаких признаков стресса.

Иеремия (Джереми) Бентам (1748–1832), один из первых защитников животных, вероятно, наиболее известен тем, что он указал: вопрос заключается не в том, могут ли животные мыслить, а в том, способны ли они страдать. Этот момент был и остается немаловажным; мотивом для Бентама послужил тот факт, что с рабами часто обращались отвратительно, обычно не лучше, чем с животными. Веком ранее философа Рене Декарта вполне устраивало предположение, что животные неспособны страдать, поскольку отрицание у них боли помогало отличить животных от нас самих, в чем была весьма заинтересована католическая церковь. Кроме того, это означало, что с животными можно обращаться жестоко, не чувству я за собой вины. Но другие, к примеру современник Декарта, натуралист Джон Рей, считали немыслимым, чтобы у животных не было чувств. Он спрашивал, почему же тогда собаки плачут во время вивисекции? Свидетельство выглядело неопровержимым, но объективная демонстрация того, что птицы чувствуют боль, оказалась каверзной задачей.

Некоторые ученые считают, что птицы могут ощущать лишь определенный тип боли. Представьте себе, что вы по неосторожности положили руку на включенную конфорку электроплиты. Вашей первой реакцией будут острые болевые ощущения, вы немедленно отдернете руку. Это бессознательный рефлекс. Он действует благодаря болевым рецепторам — ноцицепторам («ноци» — «ущерб, повреждение») в коже, посылающим сигналы в спинной мозг, в итоге вы рефлекторно отдергиваете руку. Таков первый «уровень» реакции на боль. Второй — передача сигнала от вашей руки по нервам в головной мозг, где эта информация обрабатывается и возникает ощущение или чувство боли. Это осознанная боль — то, что вы чувствуете уже после того, как убрали руку с горячей конфорки. Предполагается, что для ощущения боли этого типа необходимо обладать сознанием. Если, как считают некоторые ученые, у птиц сознания нет, они не в состоянии испытать это конкретное «чувство» боли. Такие взгляды подразумевают, что для выживания достаточно одного только бессознательного болевого рефлекса.

И действительно, многие другие животные — как позвоночные, так и беспозвоночные — демонстрируют рефлекс отдергивания того же рода в ответ на неприятные раздражители. С точки зрения самосохранения ценность такого рефлекса очевидна. Только задумайтесь о тех несчастных, которые из-за генетической мутации неспособны чувствовать боль и в результате постоянно прикусывают язык и щеки во время еды, или о пакистанском мальчишке, который зарабатывает себе на хлеб неспособностью чувствовать боль — показывает за деньги, как протыкает собственную руку ножами.

Однако исследования кур убедительно доказывают, что птицы все-таки способны ощущать боль. Куры, которых в целях коммерческого разведения часто содержат в страшной тесноте, нередко выщипывают друг у друга перья, а иногда доходят до каннибализма. Для того чтобы предотвратить его, в промышленном птицеводстве птицам удаляют кончики клювов. Помня, о чем мы говорили ранее, в разделе об осязании, вы наверняка уже догадываетесь, о чем прочтете далее.

Обрезка клювов — быстрая процедура, которую производят нагретым лезвием, осуществляющим одновременное отсечение и прижигание клюва. По-видимому, обрезка приводит к начальному болевому периоду продолжительностью от двух до сорока восьми секунд, за которым следует безболезненный период — несколько часов, после чего начинается второй и более продолжительный период боли. Происходящее напоминает наши ощущения после ожога. Подтверждение тому, что куры испытывают боль в начальный период, было получено путем измерения разряда в нервных волокнах двух типов, для простоты обозначенных как волокна А и С, при раздражении болевых рецепторов. Волокна А отвечают за быструю болевую реакцию; волокна С — за возникающие позднее и более длительные болевые ощущения. Молодые птицы, видимо, испытывают меньше боли и оправляются после обрезки клюва быстрее, чем взрослые. У птиц старшего возраста также наблюдаются признаки большего дискомфорта, по прошествии 56 недель после операции они все еще избегают пользоваться клювами, меньше чистят оперение, клюют что-либо ради пробы реже, чем птицы, клювы которых не были обрезаны.

Важный момент здесь заключается в следующем: если не считать встряхивания головой сразу после операции, предположительно означающего начальный болевой период, птицы не выказывают никаких явных внешних признаков дискомфорта. Только путем количественной оценки малозаметных нюансов их поведения и физиологии можно выявить более длительные ощущения боли.

Перевод с английского Ульяны Сапциной

Чувствуют ли животные боль так же, как мы?

Боль — это сложное переживание, включающее сенсорные и эмоциональные компоненты: это касается не только того, что вы чувствуете, но и того, как это заставляет вас чувствовать. И именно эти неприятные чувства вызывают страдания, которые мы, люди, ассоциируем с болью.

Наука о страдании подробно описана в одноименной книге Патрика Уолла. Мы знаем, что животные, безусловно, испытывают физическую боль, но менее ясно, можно ли сказать, что это эмоциональное страдание, которое мы испытываем, справедливо в отношении животных.И если да, то как мы его измеряем.

Как субъективная эмоция, боль может ощущаться даже при отсутствии физического повреждения тканей, а уровень чувства может быть изменен другими эмоциями, включая страх, память и стресс. Боль также имеет разные размеры — ее часто описывают с точки зрения интенсивности, но она также имеет «характер», например, боль от укола булавкой сильно отличается от боли при зубной боли, смещении межпозвоночного диска или боли при родах. Почти все мы пережили боль в своей жизни, но для каждого человека этот опыт уникален.

Чтобы понять или оценить чужую боль, мы в основном полагаемся на то, что они сообщают. Но есть много людей, которые либо не могут выразить свою боль вербально, например, младенцы, либо эффективно, как люди с деменцией или неспособностью к обучению. В этих ситуациях другие должны использовать ряд факторов, чтобы судить о наличии боли и ее влиянии на человека.

Боль — это не все плохо — она ​​выполняет защитную функцию, уберегая нас от дальнейшей опасности, помогая нам исцелиться, например, не давая нам перенести тяжесть на растянутую лодыжку.Но если с этим не справиться эффективно, это может оказать серьезное негативное влияние на нашу жизнь, вызывая страх, гнев, беспокойство или депрессию — все эмоции, которые, в свою очередь, могут усугубить его. А хроническая боль является серьезной проблемой для миллионов людей и наших обществ по всему миру.

Боль у животных

Природа боли у животных, пожалуй, еще сложнее. То, как ощущается боль, и физические процессы, стоящие за этим, удивительно похожи и хорошо сохраняются у млекопитающих и людей.У разных видов также есть много общего в поведении, связанном с болью, например, они могут перестать общаться с людьми и / или другими животными, они могут меньше есть, они могут больше вокализовать, а их сердечный ритм может повыситься. Способность животных страдать как разумные существа хорошо известна и законодательно закреплена во многих странах, однако мы не очень хорошо понимаем, как они на самом деле испытывают боль.

Некоторые аспекты переживания и выражения боли вряд ли будут такими же, как у людей.Во-первых, животные не могут устно передать свою боль. Собаки могут визжать, и вы можете заметить изменение поведения, но как насчет вашего домашнего кролика, кошки, черепахи или лошади? Животные полагаются на людей-наблюдателей, чтобы распознать боль и оценить ее тяжесть и воздействие. Без способности понимать успокаивающие слова, объясняющие, что после операции по восстановлению перелома кости их боль будет контролироваться (надеюсь) и исчезнет, ​​животные также могут страдать от боли больше, чем мы.

Громко и ясно. Уильям Херон, CC BY-SA

Споры о способности животных испытывать боль и страдать бушевали в 20 веке, но по мере того, как мы стали лучше понимать боль и изучать ее влияние на аспекты жизни животных, которые мы могли измерить, мы, ветеринары, вместе со многими бихевиористы и зоотехники признали значительное влияние невылеченной боли, и теперь мы считаем, что этот опыт заставляет их страдать.

Например, мы знаем, что животные и даже птицы с клиническими признаками боли (хромота) предпочтут есть пищу, содержащую обезболивающие (анальгетики), а не необработанную пищу, и, судя по поведению, они поправятся.

Аналогичным образом, многие исследования на различных домашних животных показали, что животные, перенесшие операцию, но не получившие адекватного обезболивания, демонстрируют поведение, отражающее боль, которая облегчается при лечении анальгетиками, такими как морфин.

Мы также знаем, что не только наши собаки и кошки могут страдать от боли — существует не менее убедительная доказательная база для наличия и негативного воздействия боли на овец, крупный рогатый скот, свиней и лошадей среди других видов. Но распознавание боли у этих разных видов является частью сложности, связанной с болью животных. Управлять им у животных, которых мы выращиваем для еды, и у животных, которых мы держим в качестве компаньонов, одинаково сложно.

Нарушения поведения уже давно признаны потенциальными индикаторами наличия боли у животных.Однако важно понимать, что каждый вид проявляет свое собственное, иногда уникальное поведение, связанное с болью, или поведенческие нарушения по-разному, часто коренящиеся в эволюционном процессе, поэтому виды-жертвы, например, с меньшей вероятностью «рекламируют» повышенную уязвимость перед хищники. Собаки могут стать агрессивными, тихими или перестать общаться со «своими» людьми и другими собаками. С другой стороны, овцы при обычном наблюдении могут выглядеть в основном такими же.

Однако некоторые проявления боли могут быть сохранены.В недавней статье было высказано предположение об общности некоторых черт мимики во время переживания острой боли у нескольких видов животных и людей.

Эти открытия и многие другие исследования используются в инструментах для оценки боли животных, потому что, по словам лорда Кельвина, великого ученого из Глазго, создателя температурной шкалы Кельвина, сказал: «Когда вы не можете измерить это, когда вы не можете выразить это в число… вы вряд ли в своих мыслях продвинулись до уровня науки, что бы там ни было ».

Итак, чтобы эффективно лечить и контролировать боль, мы должны ее измерить.

И на эти инструменты есть огромный спрос. Составная шкала боли Глазго, простой инструмент для измерения острой боли у собак и Впервые опубликовано в 2007 г., переведено на шесть языков. Он используется в ветеринарии для измерения боли и эффективного ее лечения. Он также использовался для оценки эффективности новых анальгетиков, разрабатываемых компаниями по охране здоровья животных. В настоящее время доступны инструменты для измерения влияния хронической боли, такой как остеоартрит, на качество жизни собак, и они являются значительным достижением в лечении хронических состояний.

В настоящее время предпринимаются глобальные усилия по повышению осведомленности о боли у животных. Недавно Всемирная ветеринарная ассоциация мелких животных учредила Глобальный совет по боли и опубликовала трактат для ветеринаров и владельцев животных во всем мире, чтобы способствовать распознаванию, измерению и лечению боли. Собаки могут быть лучшими друзьями человека, но для всех тех, кто работает с животными, заботится о них и любит их, понимание того, как они чувствуют боль, имеет важное значение для улучшения качества их жизни.

Официально: Fish Feel Pain | Наука


Эта статья из журнала Hakai Magazine, онлайн-издания о науке и обществе в прибрежных экосистемах.Читайте больше подобных историй на hakaimagazine.com.

Когда Кулум Браун был маленьким мальчиком, он и его бабушка часто посещали парк возле ее дома в Мельбурне, Австралия. Он был очарован большим декоративным прудом в парке, в котором извиваются золотые рыбки, москиты и гольцы. Браун ходил по периметру пруда, вглядываясь в полупрозрачные отмели, чтобы разглядеть рыб. Однажды он и его бабушка прибыли в парк и обнаружили, что пруд был осушен — что, по всей видимости, делало управление парков каждые несколько лет.Горы рыбы хлопали по обнаженной кровати, задыхаясь на солнце.

Браун мчался от одного мусорного бака к другому, обыскивая их и собирая все выброшенные контейнеры, которые мог найти — в основном пластиковые бутылки из-под газировки. Он наполнил бутылки питьевыми фонтанчиками и загнал в каждую по несколько рыбок. Он подтолкнул других выброшенных на берег рыб к участкам пруда, где оставалось немного воды. «Я был в бешенстве, бегал как сумасшедший, пытаясь спасти этих животных», — вспоминает Браун, который сейчас работает морским биологом в Университете Маккуори в Сиднее.В конечном итоге ему удалось спасти сотни рыб, около 60 из которых он принял. Некоторые из них жили в его домашних аквариумах более 10 лет.

В детстве я тоже держал рыбу. Моими самыми первыми домашними животными были две золотые рыбки, яркие, как только что отчеканенные пенни, в стеклянной миске без украшений размером с дыню. Они умерли через несколько недель. Позже я перешел на 40-литровый бак, выложенный радужным гравием и несколькими пластиковыми растениями. Внутри я держал разных маленьких рыбок: неоновые тетры с флуоресцентными синими и красными полосами, гуппи со смелыми вздымающимися хвостами, похожими на солнечные вспышки, и стеклянные сомы, настолько прозрачные, что казались не более чем увенчанными серебром спинными колоннами, мчащимися по воде.Большинство этих рыб жили намного дольше, чем золотые рыбки, но некоторые из них имели привычку прыгать по дуге экстаза прямо через щели в крышке аквариума на пол гостиной. Моя семья и я находили их шлепающимися за телевизором, закутанными в пыль и пух.

Стоит ли нам заботиться о том, как себя чувствуют рыбы? В своем трактате 1789 года « Введение в принципы морали и законодательства» английский философ Джереми Бентам, разработавший теорию утилитаризма (по сути, величайшего блага для наибольшего числа людей), сформулировал идею, которая стала центральной в дебатах. о благополучии животных с тех пор.При рассмотрении наших этических обязательств по отношению к другим животным, писал Бентам, самый важный вопрос не в том, «Могут ли они рассуждать? ни, они могут говорить? но могут ли они страдать? » Принято считать, что рыбы не могут — что они не чувствуют боли. Типичный аргумент приводится в выпуске 1977 года выпуска Field & Stream . В ответ на письмо 13-летней девочки о том, страдает ли рыба при поимке, писатель и рыбак Эд Зерн сначала обвиняет ее в том, что письмо написано родителем или учителем, потому что оно очень хорошо составлено.Затем он объясняет, что «рыбы не чувствуют боли так, как вы, когда снимаете кожу с колена, ушибаете палец ноги или болит зуб», потому что их нервная система намного проще. Я не совсем уверен, что они чувствуют или боль, поскольку мы чувствуем боль, но, вероятно, они чувствуют своего рода «рыбную боль» ». В конечном счете, какие бы примитивные страдания они ни терпели, не имеют значения, продолжает он, потому что все это часть отличная пищевая цепочка и, кроме того, «если что-то или кто-то когда-нибудь остановит нас от рыбалки, мы ужасно пострадаем».”

Такая логика широко распространена и сегодня. В 2014 году BBC Newsnight пригласила биолога из Университета Пенсильвании Викторию Брейтуэйт, чтобы обсудить проблемы и благополучие рыб с Берти Армстронгом, главой Федерации шотландских рыбаков. Армстронг отверг представление о том, что рыба заслуживает законов о благосостоянии, как «капризное» и настаивает на том, что «баланс научных доказательств состоит в том, что рыбы не чувствуют боли, как мы».

Несмотря на доказательства того, что рыба может страдать, законы о защите животных и другие правовые меры часто исключают их.(wonderlandstock / Alamy)

Это не совсем так, говорит Брейтуэйт. Невозможно окончательно узнать, похож ли субъективный опыт другого существа на наш собственный. Но это не относится к делу. Мы не знаем, чувствуют ли кошки, собаки, лабораторные животные, куры и крупный рогатый скот боль так же, как мы, но мы по-прежнему предоставляем им все более гуманное обращение и правовую защиту, потому что они продемонстрировали способность страдать. За последние 15 лет Брейтуэйт и другие рыбные биологи по всему миру представили убедительные доказательства того, что, как и млекопитающие и птицы, рыбы также испытывают сознательную боль.«Все больше и больше людей соглашаются с фактами», — говорит Брейтуэйт. «Рыбы действительно чувствуют боль. Скорее всего, это отличается от того, что чувствуют люди, но это все же своего рода боль ».

На анатомическом уровне у рыб есть нейроны, известные как ноцицепторы, которые обнаруживают потенциальный вред, такой как высокие температуры, сильное давление и едкие химические вещества. Рыба вырабатывает те же опиоиды — врожденные обезболивающие, что и млекопитающие. И их мозговая активность во время травмы аналогична активности у наземных позвоночных: воткнуть булавку в золотую рыбку или радужную форель сразу за их жабрами, стимулирует ноцицепторы и каскад электрической активности, которая поднимается к областям мозга, важным для сознательного сенсорного восприятия (например, мозжечок, тектум и конечный мозг), а не только задний мозг и ствол мозга, которые отвечают за рефлексы и импульсы.

Рыбы также ведут себя так, будто они сознательно испытывают боль. В одном исследовании исследователи бросали кластеры ярко окрашенных блоков Lego в аквариумы с радужной форелью. Форель обычно избегает незнакомых предметов, которые внезапно попадают в их среду обитания, если это опасно. Но когда ученые сделали радужную форель болезненной инъекцией уксусной кислоты, у них было гораздо меньше шансов проявить такое защитное поведение, предположительно потому, что они были отвлечены собственными страданиями.Напротив, рыбы, которым вводили как кислоту, так и морфин, сохраняли свою обычную осторожность. Как и все анальгетики, морфин притупляет ощущение боли, но ничего не делает для устранения самого источника боли, что позволяет предположить, что поведение рыб отражает их психическое состояние, а не просто физиологию. Если рыба рефлекторно реагировала на присутствие едкой кислоты, а не сознательно испытывала боль, то морфин не должен был иметь никакого значения.

В другом исследовании радужная форель, получившая инъекции уксусной кислоты в губы, стала дышать быстрее, раскачивалась взад и вперед на дне резервуара, терлась губами о гравий и стенку резервуара и потребляла больше, чем в два раза дольше, чтобы возобновить кормление, чем у рыб, которым вводили доброкачественный физиологический раствор.Рыбы, которым вводили как кислоту, так и морфин, также демонстрировали некоторые из этих необычных поведения, но в гораздо меньшей степени, тогда как рыбы, которым вводили физиологический раствор, никогда не вели себя странно.

Тестировать на боль у рыб сложно, поэтому исследователи часто ищут необычное поведение и физиологические реакции. В одном исследовании радужная форель, получившая инъекции уксусной кислоты в губы, отреагировала, потерев губы о стенки и дно аквариума и отложив кормление. (дуга F. Henning / Alamy)

Несколько лет назад Линн Снеддон, биолог из Ливерпульского университета и один из ведущих мировых экспертов по рыбной боли, начала проводить серию особенно интригующих экспериментов; пока опубликованы лишь некоторые результаты.В одном тесте она дала рыбкам данио выбор между двумя аквариумами: один полностью бесплодный, другой — с гравием, растением и видом на других рыб. Они всегда предпочитали проводить время в более оживленной, оформленной комнате. Однако, когда некоторым рыбам ввели кислоту и унылый аквариум наполнился обезболивающим лидокаином, они поменяли свои предпочтения, отказавшись от обогащенного аквариума. Снеддон повторила это исследование с одним изменением: вместо того, чтобы наполнять скучный аквариум болеутоляющим, она вводила его прямо в тела рыб, чтобы они могли брать его с собой, куда бы они ни плавали.Рыба осталась среди гравия и зелени.

Коллективные доказательства в настоящее время достаточно убедительны, и биологи и ветеринары все чаще принимают боль от рыб как реальность. «Это так сильно изменилось», — говорит Снеддон, размышляя о своем опыте общения с учеными и широкой публикой. «Еще в 2003 году, когда я выступал с докладами, я спрашивал:« Кто считает, что рыба может чувствовать боль? »Поднимались всего одна или две руки. Теперь вы спрашиваете комнату, и почти все поднимают руки ». В 2013 году Американская ветеринарная медицинская ассоциация опубликовала новое руководство по эвтаназии животных, которое включало следующие утверждения: «Предположения о том, что реакция рыб на боль просто отражает простые рефлексы, были опровергнуты.… Преобладание накопленных доказательств поддерживает позицию, согласно которой к рыбам следует учитывать те же соображения, что и к наземным позвоночным, в отношении облегчения боли ».

Тем не менее, этот научный консенсус не проник в общественное мнение. Google «рыба чувствует боль», и вы окунетесь в болото противоречивых сообщений. Нет, — говорится в одном заголовке. — Да, — говорит другой. Другие источники утверждают, что между учеными бушуют запутанные дебаты. По правде говоря, такого уровня двусмысленности и разногласий в научном сообществе больше нет.В 2016 году профессор Университета Квинсленда Брайан Ки опубликовал статью под названием «Почему рыбы не чувствуют боли» в журнале « Animal Sentience: междисциплинарный журнал по чувствам животных» . На сегодняшний день статья Ки вызвала более 40 откликов со стороны ученых со всего мира, почти все из которых отвергают его выводы.

Ки — один из самых ярых критиков идеи о том, что рыба может страдать сознательно; другой — Джеймс Д. Роуз, почетный профессор зоологии Университета Вайоминга и заядлый рыбак, автор статьи для журнала « Angling Matters », посвященного рыболовству.Суть их аргумента заключается в том, что исследования, якобы демонстрирующие боль у рыб, плохо спланированы и, что более важно, у рыб отсутствует достаточно сложный мозг, чтобы вызвать субъективное переживание боли. В частности, они подчеркивают, что у рыб нет такой большой, плотной, волнообразной коры головного мозга, как у людей, приматов и некоторых других млекопитающих. Считается, что кора головного мозга, которая, как кора, окружает остальную часть мозга, имеет решающее значение для сенсорного восприятия и сознания.

Некоторые критические статьи, опубликованные Ки и Роуз, действительны, особенно в отношении методологических недостатков. Несколько исследований в растущей литературе о боли у рыб не проводят должного различия между рефлексивной реакцией на травму и вероятным переживанием боли, и некоторые исследователи преувеличивают значение этих ошибочных усилий. Однако на данный момент таких исследований меньшинство. Многие эксперименты подтвердили ранние работы Брейтуэйта и Снеддона.

Более того, представление о том, что у рыб не развит мозг, чтобы чувствовать боль, явно устарело. Ученые согласны с тем, что большинство, если не все, позвоночные (а также некоторые беспозвоночные) обладают сознанием и что кора головного мозга, такая же раздутая, как наша собственная, не является предпосылкой для субъективного восприятия мира. На планете множество мозгов, плотных и губчатых, шаровидных и продолговатых, маленьких, как семена мака, и больших, как арбуз; разные линии животных независимо друг от друга вызывали сходные умственные способности из очень разных нейронных машин.Чтобы страдать, разум не должен быть человеком.

Рыбаки Майкл и Патрик Бернс практикуют гуманные методы рыбной ловли на своем судне Blue North. (Фото Кевина Дж. Сувера / Blue North)

Несмотря на очевидные доказательства того, что рыбы страдают сознательно, им, как правило, не предоставляется такая юридическая защита, как сельскохозяйственным животным, лабораторным животным и домашним животным во многих странах мира. В Соединенном Королевстве действует одно из самых прогрессивных законов о защите животных, которое обычно распространяется на всех позвоночных, кроме человека.В Канаде и Австралии законы о защите животных более частичны и варьируются от одного штата или провинции к другому; некоторые защищают рыбу, некоторые нет. Соответствующее законодательство Японии в значительной степени не учитывает рыбу. В Китае очень мало существенных законов о защите животных. А в Соединенных Штатах Закон о защите животных защищает большинство теплокровных животных, используемых в исследованиях и продаваемых в качестве домашних животных, но не распространяется на рыб, земноводных и рептилий. Тем не менее, огромное количество рыбы, убитой для еды и разводимой для зоомагазинов, затмевает соответствующее количество млекопитающих, птиц и рептилий.Ежегодно во всем мире в пищу убивают около 70 миллиардов наземных животных. В это число входят цыплята, другая домашняя птица и все виды домашнего скота. Напротив, во всем мире ежегодно погибает от 10 до 100 миллиардов выращиваемых рыб, а в дикой природе вылавливается еще от одного до трех триллионов рыб. Количество ежегодно убиваемых рыб намного превышает количество людей, когда-либо существовавших на Земле.

«Мы в основном думали о рыбах как о очень инопланетных и очень простых, поэтому нам было все равно, как мы их убиваем», — говорит Брейтуэйт.«Если мы посмотрим на траловую сеть, то это довольно ужасный способ смерти рыбы: барометрическая травма, когда ее вырвало из океана на открытый воздух, а затем она медленно задохнулась. Можем ли мы сделать это более гуманно? Да. Должны ли мы? Возможно — да. В настоящее время мы в основном этого не делаем, потому что гуманно убивать рыбу обходится дороже, особенно в дикой природе ».

**********

В некоторых странах, таких как Великобритания и Норвегия, рыбные хозяйства в основном применяют гуманные методы убоя.Вместо того, чтобы задушить рыбу на воздухе — самый простой и исторически наиболее распространенный метод — или заморозить ее до смерти в ледяной воде или отравить углекислым газом, они теряют сознание либо быстрым ударом по голове, либо сильным электрическим током, а затем проткнуть им мозги или истечь кровью. В Норвегии Ханне Дигре и ее коллеги из исследовательской организации SINTEF в качестве эксперимента внедрили эти методы на коммерческие рыболовные суда, чтобы выяснить, возможен ли гуманный забой в море.

В серии экспериментов Дигре и ее коллеги протестировали различные методы убоя в открытом море на различных видах. Они обнаружили, что треска и пикша, хранившиеся в сухих бункерах на кораблях после сбора урожая, оставались в сознании не менее двух часов. Удар электрическим током, нанесенный сразу после попадания рыбы на корабль, может привести к потере сознания, но только при достаточно сильном течении. Если электрический разряд был слишком слабым, рыба просто обездвиживалась. Некоторые виды, такие как сайда, при шоковом воздействии имели тенденцию ломать себе шипы и кровоточить изнутри; другие, такие как треска, боролись гораздо меньше.Некоторые рыбы пришли в сознание примерно через 10 минут после оглушения, поэтому исследователи рекомендуют перерезать себе горло в течение 30 секунд после поражения электрическим током.

В Соединенных Штатах два брата внедряют новый вид гуманной рыбалки. Осенью 2016 года Майкл и Патрик Бернс, давние рыбаки и владельцы скотоводов, спустили на воду уникальное рыболовное судно под названием Blue North . 58-метровый катер, способный перевозить около 750 тонн с экипажем из 26 человек, специализируется на промысле тихоокеанской трески в Беринговом море.Команда работает в помещении с регулируемой температурой в центре лодки, в котором находится лунный бассейн — отверстие, через которое они вытаскивают рыбу по одной. Это убежище защищает команду от непогоды и дает им гораздо больший контроль над актом рыбной ловли, чем на обычном судне. В течение нескольких секунд после того, как рыба поднялась на поверхность, команда перемещает ее к оглушающему столу, который приводит животное в бессознательное состояние с помощью постоянного тока напряжением около 10 вольт. Затем рыбу обескровливают.

Первоначально братья Бернс были вдохновлены новаторскими исследованиями в области гуманного убоя домашнего скота, проведенными профессором зоотехники Университета штата Колорадо и всемирно известным представителем аутизма Темпл Грандин.Принимая во внимание перспективы самих животных, инновационные разработки Грандина значительно снизили стресс, панику и травмы у крупного рогатого скота, отправляемого на бойню, одновременно делая весь процесс более эффективным для владельцев ранчо. «Однажды мне пришло в голову, почему мы не могли взять некоторые из этих принципов и применить их в рыбной промышленности? — вспоминает Майкл. Вдохновленные лунными бассейнами норвежских рыболовных судов и использованием электрического оглушения в различных формах животноводства, они разработали Blue North .Майкл считает, что его новый корабль — одно из двух судов в мире, которые постоянно используют электрическое оглушение для пойманной в дикой природе рыбы. «Мы считаем, что рыбы — живые существа, что они действительно испытывают панику и стресс», — говорит он. «Мы придумали способ остановить это».

Прямо сейчас братья Бернс экспортируют выловленную треску в Японию, Китай, Францию, Испанию, Данию и Норвегию. По словам Майкла, тот факт, что рыба добывается гуманно, не особо привлекает их основных покупателей, но он ожидает, что ситуация изменится.Он и его команда вели переговоры с различными организациями по защите животных, чтобы разработать новые стандарты и сертификаты для гуманно пойманной дикой рыбы. «Это станет более распространенным явлением», — говорит Майкл. «Многие люди озабочены тем, откуда берутся их продукты и как с ними обращаются».

Между тем, подавляющее большинство триллионов ежегодно убиваемых рыб погибают таким образом, что, вероятно, причиняют им огромную боль. Дело в том, что даже применение гуманных методов убоя в более прогрессивных странах не было полностью или даже в первую очередь мотивировано этикой.Скорее, такие изменения вызваны прибылью. Исследования показали, что снижение стресса у выращиваемой и пойманной рыбы, ее быстрое и эффективное уничтожение с минимальными усилиями улучшает качество мяса, которое в конечном итоге попадает на рынок. Мякоть рыбы, убитой гуманно, часто бывает более гладкой и менее поврежденной. Когда мы хорошо относимся к рыбе, мы на самом деле делаем это не ради нее; мы делаем это для себя.

**********

«У меня всегда было естественное сочувствие к животным, и у меня не было причин исключать рыбу», — говорит Браун.«В том парке [в Мельбурне] их не беспокоило, что там водится рыба и что им может понадобиться вода. Не было никаких попыток спасти их или разместить их вообще. Я был шокирован этим в том возрасте, и я до сих пор вижу такое жестокое пренебрежение к рыбе у людей сегодня во всех контекстах. Я не думаю, что общественное мнение изменилось за все время, прошедшее с тех пор, как мы обнаружили первые доказательства боли у рыб ».

В последнее время я провожу много времени в местных зоомагазинах, наблюдая за рыбками.Они передвигаются беспокойно, бесшумно — безногими шагами переходят от одного борта танка к другому. Некоторые висят в воде с поднятой головой, как будто зацепившись за невидимую веревку. Мое внимание привлекает блеск чешуи; неожиданный образец цвета. Я пытаюсь заглянуть одному в глаза — бездонный обсидиановый диск. Его пасть движется так механически, как застрявшая в петле раздвижная дверь. Я смотрю на этих рыбок, мне нравится на них смотреть, я не желаю им вреда; тем не менее, я почти никогда не задумываюсь, что они думают или чувствуют.Рыбы — наши прямые эволюционные предки. Это настоящие позвоночные, чешуйчатые первопроходцы с короткими конечностями, которые выползли еще мокрыми из моря и колонизировали землю. Сейчас нас разделяет столько пропастей: географических, анатомических, психологических. Мы можем рационально понять неопровержимые доказательства разумности рыб. Но фактов недостаточно. По-видимому, искренняя жалость к рыбе требует олимпийского подвига сочувствия.

Тем не менее, возможно, наши типичные взаимодействия с рыбой — спокойное домашнее животное в стеклянной луже или филе с гарниром на тарелке — слишком ограничены, чтобы выявить способность к страданию.Недавно я узнал о кулинарной традиции, которая практикуется до сих пор, известной как икизукури : есть сырое мясо живой рыбы. Вы можете найти видео в Интернете. В одном из них повар накрывает лицо рыбы тканью и, удерживая ее, сбривает с нее чешую чем-то вроде терки для сырого сыра. Он начинает продольно резать рыбу большим ножом, но существо резко выскакивает из его рук и кувыркается в ближайшую раковину. Шеф-повар забирает рыбу и продолжает отрезать ее бока.Выливается кровь темная, как гранатовый сок. Он опускает рыбу в миску с ледяной водой и готовит сашими. Целую рыбу подают на тарелке с выбритыми листьями дайкона и шисо, прямоугольными кусками мяса аккуратно сложенными на выдолбленной стороне, ее рот и жабры все еще хлопают, а иногда по всему телу пробегает дрожь.

Истории по теме из журнала Hakai:

Восприятие страха и боли у животных

Восприятие страха и боли у животных

Восприятие страха и боли у животных

Отрывок из главы 5 книги «Животные в переводе» Темпл Грандин и Кэтрин Джонсон


Худшее, что вы можете сделать с животным в эмоциональном плане, — это заставить его испугаться.Страх настолько вреден для животных, я думаю, что он хуже боли. Я всегда удивляюсь, когда говорю это. Если вы предоставите большинству людей выбор между сильной болью и сильным страхом, они, вероятно, выберут страх.

Я думаю, это потому, что у людей гораздо больше возможностей контролировать страх, чем у животных. Я предполагаю, что животные и нормальные люди — противоположности, когда дело доходит до страха и боли, и примерно по одной и той же причине: разные уровни функционирования лобных долей. Эта идея впервые возникла у меня, когда я прочитал два исследования лобных долей в состоянии боли и страха.Что меня поразило, так это то, что, хотя активная префронтальная кора головного мозга была связана с усилением боли, она также была связана со снижением страха (но не со снижением тревожности). Боль и страх, по крайней мере, в этих исследованиях, были противоположностями.

История, конечно, не так проста, но она достаточно близка к тому, что, пока мы не узнаем больше, я считаю, что у животных меньше боли и больше страха, чем у людей. Другая причина, по которой я верю в это, хотя бы временно, заключается в том, что то же самое и с аутичными людьми.Как правило, у нас меньше боли, больше страха и меньше контроля лобных долей над остальной частью нашего мозга, чем у неаутичных людей. Эти три вещи идут рука об руку. (Я не говорю, что аутичные люди вообще не испытывают боли и не нуждаются в обезболивающих. Я не хочу производить такое впечатление.)

Вы почти должны работать с животными, чтобы увидеть, насколько ужасны для них эмоции страх. Со стороны страх кажется гораздо более суровым, чем боль. Даже животное, которое совершенно одиноко и полностью выражает сильную боль, действует менее недееспособно, чем животное, напуганное наполовину до безумия.Животные, испытывающие ужасную боль, все еще могут функционировать; они могут функционировать так хорошо, что могут действовать так, как будто в мире нет ничего плохого. Животное в состоянии паники вообще не может функционировать.

Я также думаю, что сильному страху легче попасть в состояние животного, чем у нормального человека — намного легче. Животные испытывают сильный страх, когда им угрожают каким-либо образом, независимо от того, хищники они или жертвы.

В то время как все животные могут быть охвачены ужасом, хищные животные, такие как коровы, олени, лошади и кролики, проводят в страхе гораздо больше времени, чем хищники.Вы слышали выражение «как олень, пойманный в свете фар» — это в значительной степени резюмирует психику животного-жертвы. Они очень нервные животные, потому что единственный способ выжить хищнику в дикой природе — это бежать. Поскольку животное-жертва должно начать бежать раньше, чем лев, это означает, что оно должно быть все время сверхбдительным, не упуская опасности.

У ЖИВОТНЫХ БОЛЬНЫ?
Короткий ответ: да. Животные чувствуют боль. То же самое и с птицами, и теперь у нас есть довольно веские доказательства того, что у рыб тоже болят ноги.

Мы знаем, что животные чувствуют боль, благодаря как поведенческим наблюдениям, так и некоторым превосходным исследованиям использования животными обезболивающих. Начиная с поведения, собаки, кошки, крысы и лошади хромают после того, как повредили ногу, и они будут избегать нагрузки на травмированную конечность. Это называется пайнгардингом. Они ограничивают использование травмированной части тела, чтобы уберечь ее от дальнейших травм. Цыплята, которым только что подстригли клювы, клевут гораздо меньше, что является еще одной очевидной формой обезболивания. (Владельцы ранчо стригут цыплятам клювы, потому что куры вступают в ужасные драки и будут заклевывать друг друга до смерти.Ветеринар обрезает острый конец, чтобы курица не могла использовать его как лезвие ножа.)

У нас есть больше доказательств того, что животные чувствуют боль, из экспериментов, которые Фрэнсис Колперт провел на животных и принимал обезболивающие в начале 1980-х годов. Он вводил крысам бактерии, вызывающие временный приступ артрита, который, как мы знаем, болезненен для людей, затем дал им выбор между жидким обезболивающим с неприятным вкусом и сладкой, сладкой жидкостью, которую обычно любят крысы. Крысы выбрали болеутоляющее с неприятным вкусом, а не сахарный раствор, что является хорошим признаком того, что они выбрали его из-за его болеутоляющих свойств.Они определенно выбирали его не из-за его вкуса.

Ссылки для заказа:
Amazon.Com
Simonsays.Com
BarnesandNoble.Com
Powell’s.Com

Щелкните здесь, чтобы увидеть животных в переводе Блог о поведении животных

Нажмите здесь, чтобы вернуться на страницу «Животные в переводе»

Мифы о боли

Управление болью у собак и кошек за последнее десятилетие претерпело драматические изменения. Исторически считалось, что животные не чувствуют боли или что они воспринимают боль иначе, чем люди.Было также высказано предположение, что боль после операции или травмы была полезной, потому что она ограничивала движение и, таким образом, предотвращала дальнейшую травму. Сегодня мы гораздо лучше понимаем болевые пути, типы боли и способы более эффективного контроля боли. Например, теперь мы знаем, что у животных очень схожие, если не точные, пути нервной боли, как у людей. Кроме того, боль, ощущаемая животным или нет, не полезна, а вредна.

Ветеринары, защищая интересы наших пациентов, несут ответственность за распознавание, оценку, предотвращение и лечение боли.

Распространенные мифы о боли:

Миф №1.
Животные не чувствуют боли, как люди.

С физиологической точки зрения, млекопитающие и люди воспринимают боль одинаково.

Миф №2.
Животные переносят боль лучше, чем люди

Во многих случаях животные действительно «кажутся» более переносящими боль, чем люди. Этому может быть несколько объяснений. В отличие от порога обнаружения боли, толерантность к боли — наивысшая интенсивность боли, которую добровольно переносят, — широко варьируется между видами и людьми внутри одного вида.Как и люди, животные, скорее всего, переносят боль до определенного уровня, прежде чем проявлять изменения в поведении. Знание того, что пациенты могут демонстрировать широкий диапазон переносимости боли, а также широкий спектр поведения, может улучшить распознавание боли и лечение.

Миф №3.
Лабрадоры стальные, а йорки слабаки!

Этот миф иллюстрирует наши предвзятые представления о вариациях реакции породы на болезненные раздражители. Неотъемлемая опасность, связанная с этой системой убеждений, состоит в том, что мы можем не лечить пациентов, которые являются стоиками, или мы можем недостаточно лечить пациентов, явные признаки которых кажутся преувеличенными.

Миф № 4.
Боль полезна для ограничения активности выздоравливающего животного

Хотя это один из наиболее широко распространенных мифов о боли, тип боли, вызванный повреждением ткани, воспалением или прямым повреждением нервная система никогда не бывает полезной. Помимо того, что это сомнительно с моральной точки зрения, похоже, что существует мало доказательств в поддержку этой идеи.

Научный взгляд на то, чувствуют ли животные боль

Мало кто станет отрицать, что животные способны, по крайней мере до некоторой степени, испытывать боль.Однако во многих случаях сельскохозяйственных животных регулярно проходят процедуры, которые могут вызвать боль без обезболивания (часто называемые «обезболивание»).

Например, Американская ветеринарная медицинская ассоциация сообщает, что хирургическая кастрация поросят-самцов «обычно проводится без анестезии или анальгезии» 1, а в недавнем отчете RSPCA говорится: «По оценкам, 80% поросят-самцов в ЕС кастрируются каждый в год (примерно 100 миллионов поросят), многие без анестетика / анальгетика »2.Опрос членов факультета зоотехники США показал, что только 34% респондентов согласны со следующим утверждением; «Острые вмешательства, вызывающие боль (например, кастрация), должны проводиться под местной анестезией (или общей, если это подсказывает возраст животного)».

Респонденты часто защищали свои ответы такими утверждениями, как «Как мы узнаем, что животное испытывает боль?». Возможно, этот вопрос лежит в основе того, почему животной боли не уделяют внимания в некоторых отраслях; животные не могут выражать свои чувства так же, как мы, поэтому их легче полностью игнорировать.

Боль — сложное явление, определяемое Международной ассоциацией по изучению боли (IASP) как «неприятное сенсорное и эмоциональное переживание, связанное с фактическим или потенциальным повреждением тканей или описываемое в терминах такого повреждения» 3. Это определение и связанные с ним в примечаниях подчеркивается важность вербального самоотчета, т. е. описания того, насколько сильно вы испытываете боль, при оценке боли. К сожалению, животные, не относящиеся к человеку, не могут устно сказать нам, испытывают ли они боль, или описать, где находится боль и насколько сильно она причиняет боль, что затрудняет оценку боли у животных.

Определение IASP отличает субъективное эмоциональное переживание боли от сенсорного переживания боли, которое также известно как «ноцицепция» (ноцицепция определяется IASP как «нейронный процесс кодирования вредных стимулов» 3). Субъективное переживание боли, возможно, является самым трудным для измерения компонентом боли даже у людей; например, фраза «сильная боль» может означать разные вещи для разных людей. Еще труднее измерить этот компонент у нечеловеческих существ, поскольку они не могут сказать нам, как они себя чувствуют… или могут? Недавние достижения в науке о поведении животных выявили методы, которые можно использовать, чтобы эффективно «расспрашивать» нечеловеческих животных об их чувствах; мы опишем два примера ниже.

Проверка смещения суждения

Тест на предвзятость суждения (JBT) измеряет эмоциональное состояние (или «аффективное состояние») человека, наблюдая за тем, как он интерпретирует неоднозначную ситуацию. Человек может интерпретировать ситуацию «оптимистично» или «пессимистично». В психологии человека известно, что люди, которые в целом находятся в негативном аффективном состоянии, с большей вероятностью будут интерпретировать ситуации более пессимистично. 5. Проще говоря: если у вас плохое настроение, вы с большей вероятностью будете думать о плохих вещах. собираются случиться с вами в будущем.

Итак, как это можно продемонстрировать на животных, не являющихся людьми, если они не могут напрямую сказать нам свои прогнозы о будущем? Простая парадигма, которая измеряет ожидание вознаграждения / наказания, является наиболее широко используемой формой JBT у нечеловеческих видов 6. Эти задачи обычно включают обучение животного ассоциировать один сигнал с наградой, а другой сигнал с наказанием / меньшим вознаграждением, а затем подавать неоднозначные сигналы и наблюдать за тем, ведет ли животное себя так, как будто оно ожидает награды или нет.Например, группа исследователей (Neave et al., 20147) хотела выяснить, были ли молочные телята в более негативном аффективном состоянии после удаления железом горячего железа (метод удаления рогов, который обычно используется у молодняка крупного рогатого скота, см. Здесь для получения дополнительной информации. ).

Во-первых, телят научили, что если они коснутся экрана компьютера своим носом, они получат награду (молоко!), Но они получат награду только в том случае, если экран будет красным при прикосновении к нему, если экран будет белым, они ничего бы не получил.Вскоре телята подбегали, чтобы коснуться экрана, когда он стал красным, и игнорировать его, когда он стал белым (см. Видео, встроенное в конце статьи об онлайн-исследовании, это действительно очень мило!). Как только телята узнали, что красный = награда, а белый = нет награды, им были предъявлены неоднозначные экраны (различные оттенки розового).

Исследователи обнаружили, что телята с большей вероятностью поднимутся и коснутся более темных розовых экранов (то есть ближе к красному), чем более светло-розовых экранов (ближе к белому).Затем телят подвергали обычному снятию с телят горячим утюгом перед тем, как снова выставить их на экран.

Когда на экране были неоднозначные розовые экраны до отделения, телята относились к темному розовому и более светлому розовому цвету экрана как к аналогичному красному и белому экранам, приближаясь к этим экранам в 92% и 23% испытаний, соответственно. Телята более неоднозначно относились к среднему розовому экрану (на полпути между красным и белым), приближаясь к нему в 69% испытаний. После отделения телят значительно меньше шансов приблизиться ко всем трем неоднозначным розовым экранам (они приблизились к темно-розовому в 88% испытаний, к средне-розовому в 55% и к светло-розовому в 12%).

Эти данные указывают на предвзятость пессимистических суждений у молочных телят после болезненного опыта (отделение горячего утюга), что свидетельствует о том, что процедура оказала негативное влияние на их аффективное состояние.

Интересно отметить, что телятам в этом исследовании вводили седативные препараты и местную анестезию перед проведением процедуры, что является стандартной практикой во многих странах для защиты здоровья телят. Однако есть некоторые страны, которые не требуют использования местной анестезии перед обезглавливанием скота до определенного возраста, в их числе Австралия, Новая Зеландия и Дания 8.Можно разумно предположить, что отказ от местной анестезии приведет к еще большему негативному влиянию процедуры на благополучие теленка.

Самостоятельный подбор анальгетиков

Другой метод, который можно использовать, чтобы «спросить» животных, страдают ли они от боли, — это дать им возможность заниматься самолечением с помощью анальгетиков (обезболивающих). Например, группа исследователей (Danbury et al., 2000 9) обучила цыплят-бройлеров (цыплят, выращенных на мясо) различать корм для цыплят разного цвета, один из которых содержал обезболивающее (карпрофен).

Исследователи обнаружили, что хромые цыплята потребляли большую долю корма, обработанного карпрофеном, чем необработанного корма, по сравнению с хромыми цыплятами. Эти исследователи также обнаружили, что чем сильнее хромота птицы, тем большую долю обработанного корма она потребляет.

Эти данные свидетельствуют о том, что хромые цыплята будут активно снимать боль, а это говорит о том, что боль — это неприятное переживание, которого они будут стремиться избежать. Эти результаты вызывают беспокойство в свете крупномасштабного исследования, в ходе которого оценивалась способность передвигаться 51000 цыплят-бройлеров в Великобритании и было обнаружено, что 27.6% продемонстрировали плохую передвижение, а 3,3% были «почти неспособны ходить» 10. Считается, что такая высокая распространенность хромоты в стадах бройлеров связана с селективным разведением на высокие темпы роста (большинство цыплят-бройлеров достигают убойной массы всего за 40 дней) .

Заключение

Многие люди, читающие это, вероятно, сочтут упомянутые выше исследования бессмысленными … конечно, любой, кто провел время с нечеловеческими животными, знает, что они могут испытывать боль и страдания?

Если вы случайно наступите собаке на лапу или закроете дверь на хвосте кошки, по звукам, которые они издают, вы узнаете, что они ранены, и инстинктивно почувствуете сочувствие к ним и захотите их утешить.Однако в отраслях, где животные выращиваются для получения прибыли, часто бывает, что благосостояние и прибыль обратно пропорциональны: анальгетики стоят денег, кастрация свиней улучшает качество мяса (за счет устранения запаха кабана), быстрое размножение птиц увеличивает темп производства мяса.

Это означает, что увеличение прибыли, которое можно легко доказать, превзойдет заботу о благополучии животных, если все, что может поддержать эти опасения, — это сентиментальные предположения об их чувствах.Вот почему, на мой взгляд, необходимо больше эмпирических данных в поддержку наших кампаний по защите прав животных; так что те, кто инстинктивно не чувствует сострадания к нечеловеческим животным, будут вынуждены подвергнуть сомнению их мнения и убеждения.


Список литературы

  1. АВМА. Последствия кастрации свиней для благополучия. Обзоры литературы АВМА. 2013. (ссылка)
  2. RSPCA. Стандарты благополучия свиней. Стандарты защиты сельскохозяйственных животных RSPCA. 2016 (ссылка)
  3. IASP.Отчет Подкомитета Международной ассоциации по изучению боли по таксономии. Боль. 1979; 6 (3): 249-52. (ссылка)
  4. Хелески CR, Мертиг АГ, Занелла А.Дж. Оценка отношения к благополучию сельскохозяйственных животных: национальный опрос преподавателей зоотехники. Журнал зоотехники. 2004; 82 (9): 2806-14. (ссылка)
  5. Бауэр, Г. Х., 1983. Аффект и познание. Философские труды Лондонского королевского общества Серия B-Биологические науки 302, 387-402. (ссылка на сайт).
  6. Mendl M, Burman OHP, Parker RMA, Paul ES.Когнитивная предвзятость как индикатор эмоций и благополучия животных: новые доказательства и лежащие в основе механизмы. Прикладная наука о поведении животных. 2009; 118 (3-4): 161-81. (ссылка на сайт).
  7. Neave HW, Daros RR, Costa JHC, von Keyserlingk MAG, Weary DM. Боль и пессимизм: молочные телята демонстрируют предвзятость в отрицательном суждении после распада горячего железа. Plos One. 2014; 9 (4): 1. (ссылка на сайт).
  8. АВМА. Влияние обезвреживания рогов и оплодотворения скота на благосостояние. Обзоры литературы АВМА. 2014. (ссылка).
  9. Danbury TC, Weeks CA, Chambers JP, Waterman-Pearson AE, Kestin SC.Самостоятельный подбор обезболивающего препарата карпрофен хромыми цыплятами-бройлерами. Ветеринарная запись. 2000; 146 (11): 307- +. (ссылка на сайт).
  10. Ноулз Т.Г., Кестин С.К., Хаслам С.М., Браун С.Н., Грин Л.Е., Баттерворт А., Поуп С.Дж., Пфайффер Д., Никол С.Дж. Заболевания ног у цыплят-бройлеров: распространенность, факторы риска и профилактика. Plos One. 2008; 3 (2): e1545 (ссылка).

Животные чувствуют боль. Почему люди верят, что нет?

Конец света, каким мы его знаем

Панорамный вид на Йеллоустонский национальный парк

Изображение: Генрих Беранн из Службы национальных парков — общественное достояние

Из множества причудливых способов избавиться от этой смертельной катушки — молнии удары, укусы акул, падающие пианино — вот то, что вы можете смело вычеркнуть из своего списка для беспокойства: вспышка супервулкана Йеллоустоун.

Как показано на карте ниже, предыдущие извержения в Йеллоустоне были настолько мощными, что пеплопад покрыл большую часть того, что сейчас является западом Соединенных Штатов. Подобное событие сегодня не только напрямую унесет бесчисленное количество жизней, но и вызовет достаточно второстепенных разрушений, чтобы уничтожить глобальную цивилизацию в том виде, в каком мы ее знаем. Относительно недавнее извержение супервулкана Тоба в Индонезии, возможно, было близко к гибели человеческого вида ( см. Ниже ).

Однако то, что сценарий мрачен, не означает, что он вероятен (вставьте сюда актуальную политическую шутку).В этом случае разжигатели рока, утверждающие, что извержение «запоздало», ошибаются. Йеллоустон — это не библиотечная книга и не замена масла. Тот факт, что предыдущее мега-извержение произошло давным-давно, не означает, что следующее неизбежно.

Пепельные слои Северной Америки

Пепельные слои, образовавшиеся в результате крупных извержений вулканов в Северной Америке.

Изображение: USGS — общественное достояние

На этой карте показано расположение плато Йеллоустоун и пепловых пластов, образовавшихся в результате трех последних крупных вспышек, а также двух других извержений — одно столь же массивное, другое — последнее на Севере. Америка.

Гекльберри Ридж

Извержение Гекльберри Ридж произошло 2,1 миллиона лет назад. Он выбросил 2450 км3 (588 кубических миль) материала, что сделало это крупнейшее известное извержение в истории Йеллоустоуна и фактически крупнейшее извержение в Северной Америке за последние несколько миллионов лет.

Это самое старое из трех последних кальдерообразующих извержений горячей точки Йеллоустоуна. Он создал островной парк Кальдера, который частично находится в национальном парке Йеллоустоун, штат Вайоминг, и на западе, в штате Айдахо.Пепел от этого извержения покрыл территорию от южной Калифорнии до Северной Дакоты и от южного Айдахо до северного Техаса.

Меса-Фолс

Около 1,3 миллиона лет назад извержение Меса-Фолс выбросило 280 км3 (67 кубических миль) материала и образовало кальдеру Генри-Форк, расположенную в Айдахо, к западу от Йеллоустоуна.

Это было наименьшее из трех крупных извержений Йеллоустоуна, как с точки зрения выброшенного материала, так и с точки зрения занимаемой площади: «только» большая часть современных Вайоминга, Колорадо, Канзаса и Небраски и примерно половина Южной Дакоты.

Лава Крик

Извержение Лава Крик было самым последним крупным извержением Йеллоустоуна: около 640 000 лет назад. Это было второе по величине извержение в Северной Америке за последние несколько миллионов лет, в результате которого образовалась Йеллоустонская кальдера.

Было выброшено только около 1000 км3 (240 кубических миль) материала, то есть менее половины извержения на хребте Гекльберри. Однако его обломки разбросаны по значительно более широкой территории: в основном это Гекльберри-Ридж плюс более крупные участки Канады и Мексики, а также большей части Техаса, Луизианы, Арканзаса и Миссури.

Лонг-Вэлли

Это извержение произошло около 760 000 лет назад. Его центром была южная Калифорния, где образовалась кальдера Лонг-Вэлли, извергнувшая 580 км3 (139 кубических миль) материала. Это третье по величине извержение в Северной Америке за последние несколько миллионов лет.

Материал, выброшенный этим извержением, известен как слой пепла Бишопа и покрывает центральную и западную части слоя пепла Лава-Крик.

Mount St Helens

Извержение Mount St Helens в 1980 году было самым смертоносным и разрушительным вулканическим событием в U.История: образовался кратер шириной в милю, погибли 57 человек и нанесен экономический ущерб примерно в 1 миллиард долларов.

Однако по стандартам Йеллоустоуна он был крошечным: гора Сент-Хеленс выбросила всего 0,25 км3 (0,06 кубических миль) материала, большая часть пепла осела в относительно узкой полосе через штат Вашингтон и Айдахо. Для сравнения, извержение Лавового ручья оставило обширную полосу Северной Америки, образовав до двух метров обломков.

Разница между землетрясениями и разломами

Объем эквивалента плотных горных пород (DRE), выброшенный событием на хребте Гекльберри, превосходит все другие извержения в Северной Америке.Его затмевает DRE, извергнутый во время последнего извержения вулкана Тоба (современная Индонезия). Это было одно из крупнейших известных извержений когда-либо существовавших, причем относительно недавнее: всего 75 000 лет назад. Считается, что это вызвало глобальную вулканическую зиму, которая длилась до десяти лет и, возможно, стала причиной узкого места в эволюции человека: примерно в то время общая численность населения внезапно и резко упала до от 1000 до 10000 гнездящихся пар.

Изображение: USGS — общественное достояние

Итак, каковы шансы на то, что что-то такое массовое произойдет в ближайшее время? Вышеупомянутые провокаторы рока часто заявляют, что крупные извержения происходят с интервалом в 600 000 лет, и указывают, что последнее было 640 000 лет назад.За исключением того, что (а) первый интервал был примерно на 200000 лет длиннее, (б) два интервала — это не так уж много, чтобы основывать прогноз, и (в) эти интервалы на самом деле ничего не значат. По крайней мере, в случае извержений вулканов.

Землетрясения могут быть «запоздалыми», потому что напряжение на линиях разломов постоянно накапливается в течение длительных периодов, что означает, что землетрясения можно прогнозировать с относительной степенью точности. Но вулканы ведут себя не так. Они не накапливают магму с постоянной скоростью.И подземное давление, вызывающее извержение магмы, не подчиняется графику.

Более того, предыдущие сверхизвержения не обязательно предполагают будущие. Ученые не уверены, что в Йеллоустоне когда-либо произойдет еще одно большое извержение. Однако более вероятны извержения меньшего размера. После извержения Лавового ручья в Йеллоустоне произошло около 30 небольших вспышек, последний поток лавы произошел около 70 000 лет назад.

Что касается ближайшего будущего (плюс-минус столетие): магматический очаг под Йеллоустоуном расплавлен всего на 5-15 процентов.Большинство ученых согласны с тем, что это не вызывает беспокойства, как бы это ни звучало. И что статистически более актуально беспокоиться о смерти от молнии, акулы или фортепиано.

Чувствуют ли животные боль? | Вегетарианцы Вашингтона

Чувствуют ли животные боль? Конечно, есть! Просто задайте себе вопрос: если животные не чувствуют боли, то почему исследователи испытывают на них обезболивающие? Затем задайте себе другой вопрос: если животные не чувствуют боли, то почему они кричат ​​или вздрагивают, когда им больно? Конечно, они чувствуют боль и способны страдать.

Известный антрополог Джейн Гудолл говорит, что «… с сельскохозяйственными животными обращаются как с простыми вещами, но они являются живыми существами, способными переносить боль и страх». В «Ветеринарном руководстве Merck», пожалуй, наиболее стандартном справочнике в зоотехнике и ветеринарной практике, говорится: «Исходя из того, что известно на сегодняшний день, все позвоночные и некоторые беспозвоночные испытывают боль в ответ на фактическое или потенциальное повреждение тканей».

На самом деле, ученые обнаружили болевые рецепторы у млекопитающих, птиц, и они даже нашли болевые рецепторы у рыб.Если бы животные могли только говорить и умолять сохранить им жизнь, никто, кроме самых холодных людей, никогда бы не посмел их убить. Пора признать тот факт, что животные действительно страдают и чувствуют боль.

По нашему опыту, многие люди пытаются отрицать факт страданий животных, используя сложный и запутанный лабиринт отговорок. Некоторые из этих оправданий кажутся нам не чем иным, как упражнениями в отрицании, чтобы им не приходилось чувствовать себя виноватыми или менять свою диету. Другие опасаются потери бизнеса, поскольку мясо — это большая отрасль.Другая проблема состоит в том, что некоторые люди хотят утверждать, что исключительная способность переносить боль — одна из вещей, которые делают людей исключительными в животном мире. Эти люди опасаются, что, если они признают, что животные могут чувствовать боль, человечество потеряет одну из вещей, которые делают нас исключительными. Президентский спичрайтер и автор Мэтью Скалли отвечает на это, говоря, что мы должны смело смотреть в лицо факту боли животных, действовать более сострадательно по отношению к животным и «… справедливым и милосердным поведением показать, насколько мы на самом деле исключительны.”

Большинство современных сельскохозяйственных животных выращиваются на так называемых промышленных фермах. Эти животные переносят суровые условия крайней тесноты, отрицания всех естественных инстинктов и, слишком часто, прямого плохого обращения. С ними обращаются почти как с неодушевленными предметами на фабрике. Тогда есть бойня. Часто говорят, что если бы бойни имели стеклянные стены, все мы были бы вегетарианцами.

Джереми Бентам, известный британский судья и философ 1800-х годов, задает следующий вопрос о человечности: «Вопрос не в том, могут ли они рассуждать? ни, они могут говорить? но могут ли они страдать? »

Итак, теперь, когда вы знаете, что животные страдают от боли и страха, что вы будете делать? Если вы в настоящее время едите продукты животного происхождения, вы можете обнаружить, что внести некоторые изменения в свой рацион проще, чем жить со всей этой болью и страданиями на своей совести и придумывать оправдания для каждого приема пищи.Если вы уже избегаете продуктов животного происхождения, подумайте о том, чтобы поделиться нашей брошюрой о животных с друзьями, которые, по вашему мнению, могут быть готовы узнать больше о том, как обращаются с животными.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.